Практически добежав до входной двери, я столкнулась с приятелем. Голый по пояс, Генка на ходу застёгивал слегка помятые брюки, одновременно пытаясь извлечь пистолет из наплечной кобуры, висящей на предплечье.
– Что это?! Женька, у вас с тётей бывают такие ранние гости?
– Незваный гость хуже татарина! Особенно по такой поре и в нынешней ситуации, – сквозь зубы процедила я. – Тётя Мила, сейчас же стой! – почти прокричала тётушке, которая, запахивая поплотнее тёплый халат, наброшенный поверх ночной сорочки, раньше всех оказалась у входной двери.
– Кто там?! – тоненьким от напряжения голоском поинтересовалась она, останавливаясь напротив.
– Так, – особо не церемонясь, я взяла тётю Милу за плечи и отодвинула от двери под прикрытие стены, – на всякий случай, здесь постой. Надеюсь, ты не собиралась открывать?! – тихо прошипела.
– Откройте, пожалуйста! – практически одновременно раздалось из-за двери.
– Чего надо?!! – грубо выкрикнула я.
– Собакарь Галина Васильевна здесь живёт? Я её племянник, погостить приехал.
– Ошибаетесь, молодой человек. Здесь таких нет и никогда не было, – ответила я, переглядываясь с Генкой, – тётя Мила, иди в свою комнату. Штор не раскрывай, к окнам не подходи, – прошептала я.
– Ага, – послушно кивнула тётушка, сдвинулась немного в сторону по стене и осталась стоять как вкопанная. Наверное, от испуга впала в ступор. Или предпочла остаться из любопытства.
В дверь тем временем пару раз сильно ударили, словно проверяя на прочность.
– Что делать будем? – полковник пристроился у стены с другой стороны двери, – вызвать кавалерию?! – кивнул на телефон.
– Я полицию вызвала! – крикнула я через дверь, – а если ломиться станете, буду стрелять! Прошу считать это последним предупреждением!
За дверью повозились немного и затихли, словно решая, что предпринять.
– Сейчас точно ничего делать не будем, – я покосилась на тётушку, которая продолжала подпирать стену. Повернулась к приятелю, – в квартиру к нам не смогут вломиться. Дверь двойная, укреплённая бронированной листовой сталью. Замки надёжные австрийские, плюс мощный засов, который мы всегда запираем на ночь. Эту дверь не выбить, разве что выломать вместе с дверной коробкой. Но она у нас дубовая, надёжно закреплённая в стене, и в первую щель, которую я увижу, брошу гранату, их в сейфе полно.
– Думаю, что так ломиться никто не рискнёт. Всё происходящее, скорее, разновидность некоей психологической атаки. Наверное, я таки вызову парочку патрулей. Пусть двор, подъезд проверят и по району несколько кругов сделают.
– Всё, девушки, – сказала я тёте и снова выглянувшей в коридор Ангелине, – отправляйтесь спать.
– Что ты, Женечка, какой тут сон?!
– Ничего страшного, супостаты удалились восвояси. Мы с Геной, на всякий случай, подежурим. Кофейку на кухне выпьем. Если желаете, заварю для вас ромашкового чаю, нервы успокоить, принесу прямо в постель.
– Женя, не надо чаю, – громким шёпотом проговорила тётя, косясь то на приятеля, говорящего по телефону, то на мои короткие клетчатые льняные шорты и синюю майку из тонкого трикотажа, – ты лучше переоденься во что-то приличное. В конце концов, в доме гости и мужчина!
– А чего такого? В квартире тепло, и так спать комфортно, – сделала я большие непонимающие глаза, – в конце концов, мы не на светском рауте!
– Ну как знаешь, – тётушка, оскорбленно вздёрнула повыше подбородок, расправила плечи и удалилась в свою комнату.
– Пожалуй, последую твоему совету и тоже прилягу, – вымученно улыбнулась Ангелина.
– Конечно, приляг. Попробуй успокоиться, расслабиться и ровно дышать. Сама не заметишь, как уснёшь.
– Ладно.
– Кстати, милые шортики! – лукаво улыбнулся приятель, заканчивая разговор по телефону, косясь в мою сторону.
– Пойдём на кухню, сварю кофе.
– Отлично, кофе и бутербродики сделаешь! Да?! – радостно выдал Генка, обнимая меня за плечи.
– Сделаю, конечно. Четыре утра – самое время для бутербродов.
Я, сидя у компьютера, поглядывала на приятеля, мирно посапывавшего в широком кресле. За окном медленно серело – скоро рассвет. После ночного происшествия мы с Петровым пили кофе и долго болтали на кухне. Потом перебрались в мою комнату. Строили предположения и планы, прислушивались к тишине за входной дверью. Генка принял доклады старших офицеров обеих патрульных машин. Как и ожидалось, прибывшие полицейские ничего подозрительного не обнаружили ни во дворе, ни в подъезде, ни на нашей лестничной клетке. На всякий случай полковник велел патрулировать двор до утра. Но было понятно и так, что преступники давно ретировались.
Создавалось впечатление, что некто проводил своеобразную креативную разведку на местности. Просто прощупывал почву. Например, чтобы убедиться: именно в этой квартире находится Ангелина Сомова, и девушку действительно охраняют, силами полиции в том числе. Нападать они не собирались, по крайней мере, сегодня.
Генка предлагал провести несколько дней в квартире на осадном положении. Спокойно записать все показания Ангелины, а дальше действовать по обстановке.
