Сторожка оказалась в сносном состоянии, правда, судя по всему, здесь давно никого не было. Но это нам и на руку, пожалуй. До позднего вечера мы занимались обустройством, наведением порядка во временном жилище и приготовлением примитивного ужина. Потом, уставшие, завалились спать.
Вопреки устоявшейся привычке, проснулась я гораздо позже шести. Видимо, сказалась усталость, накопившаяся за последние дни. Огонёк в печурке полностью погас. И в домике стало довольно прохладно. Я разгребла угли и, выудив горячие, заново развела огонь.
Вчера, наводя порядок, мы нашли в кладовке много хозяйственной утвари: вёдра, чайник, котелки, тазы. Видно, от прежних хозяев остались, а бережливые преемники лесника всё аккуратно сложили. Поэтому сегодня после завтрака было решено устроить банный день. Заняться всё равно нечем. Дрова есть, чистого снега кругом полно. Мыло мы с собой прихватили.
После небольшой разведки на местности, которую я провела для окончательного успокоения, Ангелина занялась приготовлением завтрака, а я – подогревом воды.
Когда всё было готово, я отгородила небольшой угол у печки, подвесив на верёвке шаль. Не столько из стыдливости, сколько в стремлении сберечь тепло, из боязни, что Ангелина простудится во время водных процедур в плохо протопленном, продуваемом всеми ветрами помещении.
– Вода горячая получилась, но всё равно, ты смотри, не слишком долго, чтобы не просквозило, – напутствовала я девушку.
– Ага. Я такая грязная, что уже, кажется, и заболеть не страшно, лишь бы ощутить на коже горячую воду и мыло.
– Всё равно, я тебе полотенце у печки нагрею, чтобы прогрелась, если замёрзнешь.
– Спасибо.
Собираясь в бега, я, к счастью, бросила в багажник машины много мелочей, которые очень пригодились в дороге. Полотенца, тёплый плед, даже комплект постельного белья. Вчера, наводя порядок, мы, как могли, просушили старый матрас, лежавший на кровати. От него всё равно пахло сыростью, но ночь мы провели среди тишины, какая бывает только в зимнем лесу и в относительном комфорте.
– Женя, – плескаясь, спросила Ангелина, – а дым из трубы случайно никто не увидит?
– Кто же, интересно? Здесь лес кругом. Нет. Летом ещё за грибами или ягодами люди ходят, а зимой что здесь делать?
– А лесник, вдруг он решит домик проверить или просто будет проходить неподалёку?
– Такая возможность, конечно, существует. Но ты не бойся, если явится, мы его возьмём в заложники. Вырубим, свяжем, запрём в чулане до отъезда. Чтобы ни одной живой душе не мог сказать о незваных гостях, – болтала я, не замечая, что Ангелина уже какое-то время не моется. И стоит, замерев, глядя на меня поверх шали испуганными округлившимися глазами.
– Женя, ты это серьёзно?
– Да шучу я, шучу, – рассмеялась я, – будем решать проблемы по мере их поступления. Если лесник дым заметит, он обязательно зайдёт сюда, чтобы всё проверить. А значит, мы будем об этом знать и примем меры.
– Какие?
– Скорее всего, соврём что-нибудь и срочно уедем. Какие же ещё? Если ты закончила, замотайся в полотенце. А я тебя заверну в плед. Печка опять потухла, сквозняк всё тепло выдул. Я растоплю. Посидишь, пока снова разгорится, только потом одевайся.
– Хорошо. А ты?
– Я закалённая. Могу мыться прямо на снегу, водой любой температуры. Так что здесь для меня просто спа-курорт.
– Да уж, – Ангелина хихикнула.
Я подошла ближе, чтобы завернуть подопечную в плед.
– Господи, что это? – вырвалось у меня. Вся спина и руки хрупкой девушки были покрыты жуткими шрамами. Судя по всему, различного происхождения и давности. Некоторые были тонкими и длинными, такие обычно бывают от хлыста или стека. Некоторые были от порезов и мелких круглых ожогов диаметром чуть больше сигареты. Сигара – не сразу, но догадалась я.
Старые шрамы были почти бесцветные и покрыты рубцовой тканью, другие, относительно свежие, ярко-розовые.
– Что это такое? – рассеянно прошептала.
– Женя, пожалуйста, не смотри на меня! – Вопреки логике, Ангелина не попыталась прикрыть шрамы, а повернулась ко мне спиной и спрятала лицо в руках.
– Прости. Я не хотела тебя смущать. Мы можем об этом поговорить. Или, если хочешь, я сделаю вид, что ничего не видела.
– Спасибо. Но говорить, собственно, не о чем. Теперь ты получила точный и исчерпывающий ответ на вопрос, который так занимал тебя в день нашего знакомства, – заявила девушка, неловко и торопливо заворачиваясь в плед.
– Прости, ты сейчас говоришь о…
– Тогда тебя интересовала причина, по которой я решила обратиться к твоему другу, чтобы избавиться от Сергея Крупенина. Как видишь, она далеко не одна.
– Чёрт побери! – вырвалось у меня.
