- Умник, - фыркнул Семён, - специалист по нетрадиционному клизмированию… Так, а это что? - Семён взял с отдельно стоящего серебряного подноса толстую газету: под газетой оказалась россыпь глянцевых визиток с качественными портретами полуголых девиц.
Девицы все как на подбор были худощавыми, неестественно белокожими и загадочно-томными, с мертвенно-синими веками и ярко-алыми татуированными губами; дорогой макияж и татуировка, как ни странно, делали девиц более похожими не на гостиничных профессионалок, а на сирых убогих вампиров. В последней стадии гемоглобинового истощения.
- Ну уж… - Семён озадаченно уставился на эротические визитки. - Чего они тут оказались-то? Я вроде не заказывал.
- Эх, Семён, - с сожалением вздохнул Мар, - всё же в каком провинциальном Мире ты раньше жил! Чего, зачем… А то сам не понимаешь! Потому и стол такой богатый, что на гостей рассчитан. Бароны, они народ простой, весёлый, без комплексов! И денежный. Так что будем делать с девочками?
- Ничего, - решительно ответил Семён, отодвигая поднос с визитками подальше от себя, на дальний край стола. - Мне выспаться надо, завтра серьёзная работа предстоит.
- Вот это правильно, - одобрил решение Семёна медальон. - Работа - прежде всего! А девочек по вызову во всех Мирах хватает, ещё успеется… Был у меня как-то случай: один из моих давнишних хозяев, по кличке Весельчак Римми, получив заказ на срочную работу и кой-какой аванс наличкой, отправился в одно вполне приличное заведение отметить это дело. В бордель, если точнее. Ну, вино, шампанское, девочки, то да сё… А хозяйка борделя, мамаша Ли, по кличке Весёлый Рождер - она раньше на пиратском корабле ходила, то ли при капитане была, то ли сама капитанила, дело давнее, тёмное, - на него глаз положила. Может потому, что Римми золотом сыпал не скупясь, а может потому, что мордой вышел, хрен его знает… И, короче, когда мой хозяин дошёл до нужной кондиции, затянула мамаша Ли его к себе в постель. Одновременно с этим в бордель явились матросы с только что прибывшей «Розовой жемчужины» - это клипер такой был, шерсть туда-сюда по морю возил - и, разумеется, в стельку пьяные…
- Так-так, - согласно покивал Семён, разворачивая газету и слушая рассказ Мара в пол-уха, - пьяные матросы, а как же, - Семён зашелестел страницами.
- …в прошлый раз этих залётных матросиков кто-то из местных девочек обчистил, вот ребятки и решили набить морду Весёлому Рождеру, - похохатывая продолжил Мар, - задним числом, стало быть. А так как никто им не объяснил, что Весёлый Рождер - это, в натуре, бордель-маман, а не бордель-папан, то, естественно, из кровати первым был вынут Весельчак Римми. Никакой… Матросики, тоже никакие, с трудом смогли задать ему лишь один, но главный вопрос: «Весеро?…», что, видимо, означало: «Весёлый Роджер?» На что получили не менее исчёрпывающий ответ: «Весери…» Разницу в одну букву никто из матросов не заметил. А после… э-э… Ну, что случилось после, и так понятно.
Короче, подзадержались мы в том борделе надолго: лечились мы там, значит. В смысле, не я лечился, а мой хозяин, мда-а… Заказ, конечно, тю-тю, аванс назад отобрали… Хорошо хоть бить Весельчака Римми заказчики не стали, куда уж дальше было его бить! И так живого места на нём не осталось… Но нет худа без добра, - рассудительно сказал Мар. - Весёлый Роджер… Весёлая Роджера… Тьфу! Бордель-маман, пока выхаживала Римми, воспылала к моему хозяину такой любовью, что предложила ему остаться при заведении. Типа вышибалой… или барменом… или оценщиком краденого… или кем он сам захочет: заведение-то было многопрофильное! В смысле - не только одними девочками зарабатывало, хе-хе.
Так что я года три пожил на одном месте, пока Весельчака Римми в пьяной драке не прирезали. Весёлая Роджера сама и прирезала - к новенькой спьяну приревновала… а потом и сама повесилась. Вот такая, понимаешь, любовь, - вздохнул Мар. - Трагедия высоких чувств.
- Бывает, - согласился Семён, внимательно рассматривая что-то на одной из газетных страниц. - Мар, гляди сюда! Интересное дело с нашим профессором получается…
На предпоследней газетной странице, в разделе «Скандалы недели», имелась заметка о случившемся несколько дней тому назад конфузе с участием известных в городе лиц. Конфуз заключался в том, что некий весьма известный в определённых кругах научный работник - «профессор-археолог», как уклончиво обозначили в статье главного виновника скандала - устроил несанкционированный дебош в городской мэрии. С разбиванием двух стульев и одного окна.
Причиной дебоша явилось официальное постановление мэра о запрещении нахождения в городе лиц
Причём в дебоше участвовал не только известный научный работник, но и поименованные выше альфа и бета. Чем, разумеется, только подтвердили мудрость и прозорливость мэра.
