Семён огляделся: радужная вспышка преобразила не только монаха и латунную посудину. Стены, облизанные колдовским пламенем, стали выглядеть более свежими… не такими грязными, как раньше; сундук-аптечку словно только что сделали и покрасили - от сундучка явственно несло масляной краской; расставленные по полу там и сям пузырьки-скляночки сверкали чистотой и были по горлышко залиты снадобьями. Наверняка свежими.
- Хотел бы я знать, по какому принципу произошло омоложение, - в голосе Мара звучал неподдельный интерес. - Ну, со шмотками всё ясно, стали такими, какими были по окончанию изготовления… Вон, на папаше… гм, на сынке Вуди и сутана новая! Почти чёрная, не ношеная. Великовата она ему и длинновата, да ничего, - где нужно подтянет, потуже подпояшется и всего делов-то… А вот почему Вуди младенчиком не стал? По идее, должен был… Или я что-то не понимаю? - медальон издал звук, словно языком поцокал. - Возможно, это как-то связано с периодом полового созревания… Короче, хрен его знает. - Мар хихикнул. - Повезло старикану! За здорово живёшь новую жизнь себе огрёб.
Огрёбший новую жизнь старикан разглядывал своё отражение в плошке и брови у него лезли всё выше и выше: казалось, Вуди сейчас заплачет. Навзрыд.
- Да, я мечтал помолодеть… но не на столько же! - взвизгнул паренёк, отбрасывая плошку в сторону. - Чёрт знает что получилось! И куда я теперь такой пойду, а? Опять в послушники, да? - Вуди уставился на Семёна мокрыми глазами: ещё чуть-чуть, и у мальчишки могла начаться истерика.
- Стоп! - Семён поднял руку. - Тихо! Ты помнишь, какие снадобья в последний раз кипятил? Сколько чего в плошку наливал, помнишь?
- Конечно помню, - Вуди потёр глаза кулаком. - А что? - Вопрос Семёна отвлёк его от переживаний и истерика не состоялась. Чего Семён, собственно, и добивался.
- Тебе потом надо будет вспомнить всё то, что ты здесь делал, - Семён старался говорить спокойно и убедительно. - Вспомнить подробно и наверняка. Ты ведь только что изобрёл своё собственное лекарство от старости! Помнишь, ты про ваших верховных адептов говорил, что они по пять раз молодели? Так ты теперь - сам себе адепт! Хоть сто раз! Хоть двести! Только рецептик припомни и обязательно запиши. Может, я к тебе лет через сорок загляну, перепишу, - Семён подмигнул новоявленному самодельному адепту.
- Слушай, - Вуди, что-то соображая, потёр лоб. - Так я того… Я же этим зельем торговать могу! Озолочусь, чёрт побери! Знамя своё будет, герб… Дворец построю… Драться научусь, на мечах и просто так… Я же нынче всё могу! И женщины… К чёрту монастырь! У меня в этот раз будет другая жизнь, - паренёк смотрел на Семёна, но видел, похоже, совсем другое; глаза у Вуди стали бессмысленными и счастливыми.
- Ты, знаешь, торговлей заниматься пока не спеши, - осадил Семён парня. - Осмотрись для начала, разберись со своей новой жизнью… Начнёшь торговать молодостью - тебя твои же бывшие начальники-адепты быстренько вычислят и прибьют. Не зря же они ни с кем рецептом омоложения не делятся!
- Это верно, - помрачнел молодой Вуди. - Не зря. Но…
- Скажи ему, чтобы за границу дул, - посоветовал Мар. - Подальше от своего Братства. И вообще пусть немедленно сматывается из замка! Мы и без него управимся. А ему здесь делать нечего… Если граф узнает, что случилось, он нашего монаха в подвал кинет и заставит молодильное снадобье для себя, любимого, по новой создавать. Под пытками заставит! После омолодится, а самого Вуди втихаря казнит. Однозначно! Чтобы другим рецепт не рассказал… Лично я на его месте так и поступил бы.
- И вот что ещё, - Семён почти дословно повторил сказанное медальоном, только последнюю фразу опустил. Потому что с его, Семёна, личным мнением она никак не совпадала.
- Да, действительно, - Вуди стал поспешно собирать флакончики в сундук, - драпать надо… Одежду сменить, таратайку… Лекари-алхимики пожизненно связаны с Братством, так что искать меня будут, ещё как будут! Но искать-то станут старого Вуди, а не молодого… Симеон, поможешь сундук до повозки отнести?
- Помогу, - кивнул Семён. - По-своему помогу. Особо.
Страже на выезде из замка скажи, что ты - послушник, они всё равно меня в лицо не запомнили… Для них что ты, что я - всё едино, главное, что молодой и в тёмной сутане… Скажешь чуть что: мол, тебя отец Вуди за особым зельем в монастырь отправил. По приказанию графа. Да, и вот ещё, - Семён полез в кошель. - Возьми-ка на дорогу… Деньги в пути ох как нужны будут, - Семён отсчитал пареньку десять золотых. - Счастливого пути!
- А громобойную дубинку? - заканючил Вуди, пряча деньги в нагрудный карман. - Она мне в дороге тоже пригодится!
- Извини, парень, - Семён развёл руками, - но пулемёт я тебе не дам. Прибьют тебя из-за него… или надерёшься в кабаке до беспамятства, там и украдут.
- Ну и ладно, - не огорчился Вуди, - денег заработаю и куплю. Всё куплю!
- Давай-давай, - согласился Семён. - Зарабатывай. Мар, можешь отправить нашего юного алхимика в его повозку? Вместе с сундуком.
- Нет проблем, - откликнулся медальон. - Запросто!
- А с кем это ты разговариваешь? - насторожился Вуди.
