В конечном счете я сдалась. А потом, скорее почувствовала, чем заметила, как тамиру поднял взгляд к Слезе Эрии, парящей под потолком. Я протянула к ней руку и поманила пальцами. Кристалл ожил, легонько подпрыгнул на месте, будто радуясь обращенному на него вниманию, и опустился в распростертую ладонь. Я крепко сжала осколок и, чувствуя перед ним странную вину за то, что собиралась сделать, приложила его к кулону на шее. Кристаллы издали тихий звон, соприкоснувшись. Слеза Эрии ярко вспыхнула, едва не ослепив меня, а после ее свет начал стремительно таять, уплывая в сердце алого осколка. Спустя несколько секунд в моей руке остался лишь безжизненно-пустой полупрозрачный камень.
Эспер склонил голову на бок. Сквозь возведенную зверем стену я ощутила далекие отголоски его любопытства.
— Что же ты такое? — сокрушенно выдохнула я, без сил опустившись на бортик ванной. Я словно увязла в липкой паутине, сотканной из секретов, и не знала как из нее выпутаться.
Но я точно знала, кто мне в этом поможет. Эспер был прав: может Велизар Омьен и прикрывал корыстные мотивы за добротой и благодетельностью, но он мог оказать мне большую услугу. Теперь, когда мне известны его планы, остается лишь позволить мужчине действовать, — искать ответы за меня, — и выжидать, не выпуская его из виду. К счастью, теперь для это у меня были две пары глаз, а не одна.
Сейчас я была благодарна Эсперу за то, что ночью он не позволил мне поддаться порыву эмоций и сбежать из этого дома.
Вслух этих слов я не произнесла, не хотела, чтобы зверь ликовал от победы надо мной, но довольно дрогнувший кончик его хвоста подсказал о том, что тамиру всё почувствовал. Недовольно сжав челюсти, я попыталась направить поток своих мыслей в другое русло.
Позже, незадолго до того, как проснувшиеся альмы расселись на моем подоконнике, Эспер выскользнул в окно, а я спустилась в столовую и тут же нос к носу столкнулась с Велизаром Омьеном.
— Здравствуй, Алесса, — произнес он, доброжелательно улыбнувшись.
По моей спине пробежали мурашки. Смотреть в глаза этому человеку, делать вид и что я ни о чем не знаю оказалась не так-то просто. Мне нестерпимо хотелось наброситься на него с криками, высказать все что я думаю о его секретах, о том, как мне отвратительна мысль о его ночных визитах с целью изучения кристалла, на которые он не имел права, и выяснить, что еще он скрывает обо мне, моем происхождении и нахождении в Гехейне. Но вместо этого я лишь крепко сжала кулаки за спиной и выдавила из себя усталую улыбку.
— Доброе утро.
— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался мужчина. Забота в его голосе звучала искренне, но я в нее уже не верила.
— Всё еще напугана, — честно призналась я.
— Да, понимаю, — Велизар Омьен кивнул и, спохватившись, похлопал себя по карманам. — Кстати, о страхе, я хочу, чтобы ты надела это и не снимала в ближайшем будущем.
Тотчас на моем запястье сомкнулся изящный браслет: ряд ограненных бусин из Слез Эрии, нанизанных на блестящую серебряную цепочку, столь длинную, что пришлось в три витка обернуть ее вокруг тонкой руки, прежде чем защелкнуть замок. Я подняла руку к глазам, любуясь тем, как свет играет на бирюзовых кристаллах.
Браслет не был похож на те «часы», что носила Элья и сам Велизар Омьен, — слишком много бусин.
— Что это? — я вопросительно выгнула бровь.
— Эта вещь сдержит Силу Зверя, — пояснил мужчина. — Я сам зачаровал Слёзы, они помогут взять эмоции под контроль, если ты окажешься на грани.
— Спасибо, — рассеянно пробормотала я, не зная, как реагировать на подарок: радоваться заботе или ожидать подвоха от зачарованной вещи.
«Симпатичный ошейник», — ехидно прокомментировал Эспер.
Я чуть не фыркнула в ответ, но вовремя прикусила язык.
— И еще, — продолжал Велизар Омьен, задумчиво потирая бороду, — мне жаль об этом говорить, но с твоим возвращением придется повременить. В свете открывшихся обстоятельств, Хранителю Дверей придется пересмотреть свои расчеты и это займет у него как минимум несколько дней.
«О как неожиданно», — вновь фыркнул в моей голове тамиру.
Велизар Омьен поднялся в кабинет, а я еще некоторое время простояла у подножья лестницы, с недоумением рассматривая венчающий мою руку браслет.
Почему я никогда не видела подобное украшение у Шеонны?
Немногим позже, за завтраком, я получила ответ на свой вопрос:
— Огонь не любит, когда его сковывают, — объяснила подруга. — Цепочки всегда плавятся и обжигают, поэтому мне остается лишь учиться контролировать свои эмоции, а это, как ты уже знаешь, не всегда получается.
❊ ❊ ❊
