Дверь держалась не слишком долго, невидимая сила распахнула ее наружу и едва не сорвала с огромных петель. Снаружи из густого тумана появились сотни черных людских силуэтов, которые медленно плыли вперед, едва касаясь земли. Их лиц не было видно, тьма услужливо скрывала личности этих незваных гостей, которых было там много, что глаза разбегались в разные стороны, пытаясь примерно представить их количество.
— Кто вы такие? — в панике крикнула людским силуэтам девушка, но в ответ лишь услышала хаотичный хор из многотональных голосов, слившийся в один пугающий до полусмерти звук, способный оглушить любого, кто сможет услышать его.
Стив, напуганный их бесформенными голосами, которые напоминали вой стаи волков, бегущей за раненой добычей, пронзил всю округу своим ржанием, наполненным неподдельным ужасом и беспомощностью, и хотел было пуститься наутек. Но, взглянув на Татьяну, онемевшую от увиденного, не сдвинулся с места. Стив уткнулся своей сырой мордочкой в ее белоснежную, лишенную румянца, щеку, пытаясь привести свою спутницу в чувства.
Силуэты приближались все ближе и ближе, их движения были невероятно быстрыми и резкими, словно они были большими опавшими листьями, которые нес на себе разбушевавшийся холодный ветер. Вскоре их лица стали более менее различимыми, и Татьяна быстро пожалела, что осмелилась взглянуть в их глаза. Но никаких глаз у этих личностей вовсе не было, вместо глазных яблок были лишь бездонные дыры, сочившиеся кровью, такой густой и черной, словно это была самая настоящая нефть. Их лица исказились от быстро сменявшихся эмоций, трудно было понять, что они чувствуют и пытаются сказать. На их безжизненных изуродованных ликах можно было мельком разглядеть и страх, и ярость, и даже самую настоящую радость, но все это появлялось слишком быстро, слишком незаметно, словно листаешь книгу, быстро и без желания ее прочесть. На них не было никакой одежды, но, по каким-то непонятным причинам, их гениталии отсутствовали. Они будто были живыми скелетами, обтянутыми высохшей мертвой человеческой кожей, на что намекала их ужасная худоба и полное отсутствие каких-либо целей в их движениях. Лишь быстро сменяющиеся эмоции, ничего более.
Татьяна не помнила, как пустилась бежать. Ее ноги делали это без ее ведома, просто бежали, желая спасти девушку от темного взгляда тех странных людей, которые, словно вода, заполняли собор все больше и больше, уничтожая последние кусочки свободного пространства. Вскоре они создали густую живую массу из сотен людей, которые жаждали только одного — следовать за Татьяной, вслушиваясь в каждый сделанный ею шаг. Девушка была так напугана, что не успевала следить за собственными эмоциями, ее сознание летало где-то позади нее, не успевая бежать вслед за самим телом. Она просто бежала куда-то вверх, чувствуя холодное прикосновение каменных ступенек. Здесь было невероятно темно, но даже полное отсутствие света не мешало Татьяне подниматься все выше и выше. Где-то внизу слышался вой сотен тысяч людей, который с каждым новым шагом приближался к девушке все ближе и ближе, царапая своим прохладным дыханием пятки.
— Господи, дай мне знак! — Татьяна не знала, когда именно стала призывать Всевышнего на помощь, слова сами начинали вырываться из ее уст, постепенно превращаясь в самую настоящую молитву, наполненную непередаваемым ужасом и отчаянием. — Скажи, что мне сделать? Куда мне идти? Я так долго не обращалась к тебе, я так долго отрицала тебя. Но теперь я хочу верить, хочу знать, что ты рядом и сможешь помочь. Пожалуйста… скажи, что происходит со мной? Почему весь мир превратился в один сплошной кошмар?
Когда она преодолела последнюю ступеньку, перед ее глазами возник люк, из щелей которого сочился яркий утренний свет восходящего солнца. Татьяна не сразу поняла, что сумела открыть его и вылезти наружу, почувствовав, как крики этой бесчисленной толпы безумцев становятся все ближе и ближе.
Ее ослепил солнечный свет, он был таким ярким и непривычным, что Татьяне показалось, будто она видит небесное светило в первый раз в жизни — настолько долго она была в заточении тьмы и непроглядного тумана. Теперь все вокруг было невероятно ясным, чистым, свежим, что на короткое время Татьяне показалось, что этот мир снова наполнен спокойствием и полной гармонией. Но это было не так. Эта красота была для нее ложной.
Едва она взглянула вниз, как поняла, что стоит на самой вершине башни, а внизу находится самый настоящий муравейник из безглазых оголенных людей, которые, словно голодные хищники, подбираются к Татьяне все ближе и ближе. Их больше не сдерживали стены, они карабкались по ним, словно пауки по своей родной паутине, покрывая собор своими бесчисленными костлявыми телами. Вой этих безумцев теперь напоминал предсмертные крики, полные голода и жажды смерти. Их гнилые зубы сверкали в лучах утреннего солнца и чуяли свежую плоть за многие метры, желая достичь ее любой ценой. Они не останавливались, а поднимались все выше и выше, превращая полуразрушенную церковь в самую настоящую пирамиду из людских тел.
