– Извини, Лиза. Давай поговорим обо всем позже, а сейчас нам надо бежать. За нами гонятся. Насколько я понимаю, твой муж служит здесь во французском посольстве при дворе императора? Не могли бы вы укрыть нас на территории посольства?
Женщина смотрела на него с ужасом.
– Как ты это себе представляешь? Судя по всему, вы сотворили что-то ужасное. Да от тебя другого и ждать нельзя. Неужели ты думаешь, что императора остановит дипломатический иммунитет нашей миссии? Да он отдаст приказ, и вас просто арестуют на нашей территории!
– Это вряд ли. Не думаю, что император, которого ты имеешь честь видеть перед собой, отдаст такой приказ. А без него никто из местных так ссориться с Францией не решится. Да и японцам потребуется время – начнут с Токио связываться и прочее. Нам главное сейчас отсюда убраться и временно скрыться из виду.
– Это император? Я видела его на приемах. Не похож!
Генри-Пуи, судя по всему, понял, что речь идет о нем, и проявил галантность:
– Я имел удовольствие видеть Вас у себя во дворце, мадам, но не подозревал, что Вы – русская по происхождению. Буду весьма признателен, если Вы сделаете то, о чем просят Вас эти господа. Думаю, и Ваш муж будет рад оказать услугу будущему властителю Поднебесной.
Тут только Федор, похоже, понял суть всей этой дурацкой затеи с побегом императора: служба Николая явно намерена вернуть Пуи на императорский трон Китая и создать тем самым консолидированную точку сопротивления японской агрессии. Своего рода знамя. А древко от него будет в руках Омска. Задумано, может, и не глупо, но исполнение…
Среди дипломатов тугодумов немного. А жены имеют привычку многому учиться у мужей – впрочем, и наоборот тоже. Дама быстро поняла, что сейчас главное.
– Николя, садись за руль. А вы, господа, прошу ко мне в салон автомобиля. Здесь есть откидные кресла, так что Вы, доктор, – Вы ведь доктор? – можете сесть на него. Задние сиденья закрыты шторками, так что охрана не разберет, кто здесь сидит. Николя, одень фуражку шофера. И поехали. Я буду показывать дорогу.
Федор посмотрел на даму с уважением. Такой переход от абсолютной истерики к сухому деловому тону ему еще видеть не приходилось.
По дороге во французское посольство все больше молчали. Дама спокойно показывала Николаю дорогу. Он только однажды поинтересовался у нее, пустят ли их в посольство, на что получил гордый ответ.
– Вообще-то Анри, мой муж, тебе это, естественно, не известно, – уже посланник, глава миссии. Он улетел сегодня в Париж по делам. Я провожала его на аэродроме, а потом заехала в соседнюю деревню. Там продавали очаровательную коллекцию старого китайского фарфора. Потом по дороге мы видели на аэродроме какой-то пожар и слышали стрельбу. Вероятно, эти безобразия вы и сотворили. Впрочем, на мое длительное гостеприимство не рассчитывайте. Сад нашего посольства граничит с территорией миссии УралСиба, так что я сегодня же приглашу на чай супругу их посланника и попрошу приютить вас. А дальше уже выбирайтесь сами. Извините, но отношения Франции с Японией и так крайне напряжены, и я не собираюсь ставить под угрозу карьеру своего мужа даже ради удовольствия помочь Вашему императорскому Величеству – и она подчеркнуто наклонила голову в сторону Пуи, как бы полностью игнорируя его спутников.
Федор увидел в зеркало заднего вида, что Николай уже открыл рот, чтобы, вероятно, как-то прокомментировать этот дипломатический спич, но у него хватило ума все же воздержаться и сделать вид, что он просто глубоко вздохнул. Так что дальше ехали молча.
У ворот миссии их притормозила было маньчжурская охрана, но дама опустила стекло своей двери и решительно махнула на охранников рукой. Как потом понял Федор из рассказов Николая, французская миссия вообще считалась в столице Манчжоу-го наиболее важной. Отношения с САСШ были разорваны в угоду японцам, англичане сами понизили уровень своего присутствия до простого консульства, а соседняя УралСиб рассматривалась как почти враждебное государство. Было еще две-три мелких миссии, но французы по праву считались основными в дипкорпусе, и всем службам была дана команда без лишней нужды никаких препятствий им не чинить. Так что если даже кто-то из охраны и обратил внимание на появление за рулем машины посланника какого-то нового шофера, то тормозить из-за этого машину просто не решились. В конце концов это дело посланника, кто его возит, а внешней охраны не касается. По окончании смены, конечно, доложили. Но когда еще этот доклад дошел до того, кто был в курсе и других событий этого дня, все уже очень изменилось.
Как вскоре убедился Федор, знакомая Николая умела быстро добиваться своего. Уже через полчаса она пила чай с супругой посланника УралСиба, пришедшей к ней после телефонного звонка. Причем посланница прошла через внутреннюю калитку, соединявшую территорию двух миссий. На востоке, как известно, случается всякое, и дипломаты обычно предпочитали размещаться в изолированных сеттльментах, причем так, чтобы местные не обязательно имели возможность отслеживать все их внутренние передвижения.
