Говорят, дурачкам всегда везет и вообще им проще жить. Вот уж не думаю. Везло мне только на тумаки да оскорбления. А вот со второй пословицей, пожалуй, соглашусь. Когда мысли в моей голове забегали шустрее, все стало намного сложнее. Даже порой жалею, что поумнел. Но ни пытавшийся вселиться в меня чужак, ни сожравший его душу водяной, выбора все равно не оставили. Вот теперь приходится включать соображалку на полную мощность, чтобы просто выжить. А если учитывать, что к подозрительно смышленому дурачку постоянно придираются бесогоны, почему-то липнут зловредные духи и норовят вцепиться в глотку бесноватые, это будет очень непросто.
На первый взгляд это помещение могло показаться больничной палатой из-за большого количества специфической аппаратуры, да и постель продвинутой модели точно предназначалась для больного. Но в остальном весь интерьер говорил о богатстве и даже наличии определённого вкуса у хозяина, ну или об удачном выборе дизайнера. На самом деле ввиду определённых печальных обстоятельств комната стала гибридом рабочего кабинета и больничной палаты. Впрочем, то, что здесь происходило, огорчало далеко не всех. Множество людей с надеждой ждали, когда лежащий в постели, опутанный проводами и трубками человек наконец-то сдохнет.
Воронцов Юрий Сергеевич, в определённых кругах известный как Ворон, успел испортить жизнь большому количеству людей. Многие не пережили знакомства с этим опасным человеком, что не могло не иметь последствий. В этот раз карма показала себя любительницей индийского кино. Сын одного из ныне покойных партнёров Ворона долго копил в себе ненависть и всё же сумел добраться до убийцы отца. Увы, эта история имела совсем не болливудский финал — семнадцатилетнего парня буквально изрешетили охранники олигарха.
Пять пуль выковыряли врачи из Ворона и буквально чудом сумели удержать его на кромке бытия. Но чудес в этом мире не бывает. Счёт шёл даже не на дни, а на часы. Несмотря на это, хозяин огромной империи, некогда преступной, а теперь вполне законной, точнее плотно аффилированной как с властными, так и с правоохранительными структурами, не собирался отчаиваться и тем более каяться перед встречей с Господом. Он был занят разбором дел, принимая отчёт от финансового директора его корпорации.
— Лёша, что там с пропавшей партией золота? — тихо прошептал Ворон, чуть дрожавшей рукой убрав от лица кислородную маску.
— Ищут, Юрий Сергеевич, — практически по-японски поклонился субтильный, явно даже не заглядывавший в тренажёрный зал мужчина средних лет. — И наши ищут, и полиция, но пока ничего толкового сказать не могут.
— Ждут, пока сдохну, — криво ухмыльнулся Ворон и хрипло закашлялся, снова прижав маску к лицу.
Медицинские приборы отреагировали на его состояние тревожным писком. В комнату заглянул человек в белом халате. На его появление Ворон лишь махнул рукой, и доктор покладисто закрыл дверь. Ни у самого хирурга, ни у двоих его коллег не было ни малейшего желания находиться здесь, несмотря на бешеные деньги, которые им причитались за хлопоты. Какие бы клятвы они ни давали, вторя древнему целителю, их вряд ли опечалит смерть старого бандита. Но Ворон, похоже, был готов пойти на любые ухищрения, чтобы задержаться на этом свете. Сидевшие в приёмной врачи ошарашенно смотрели на то, как в кабинет прошла целая делегация.
Удивления не вызывали лишь двое одетых в дорогие костюмы телохранителей, а вот остальные пятеро смотрелись в этой обстановке диковато. Трое на вид были классическими наёмниками — полный обвес, включая автоматы, при этом некая небрежность и разносортица в тактической одежде. Так что это точно не спецназ какой-то государственной структуры. Впрочем, сейчас время такое, что наёмники с автоматическим оружием уже никого не удивляли. Практически каждый, у кого имелась хоть толика власти, стремился создать свою пусть крошечную, но вполне зубастую ЧВК.
Но больше всего врачей удивила совершенно непохожая друг на друга парочка мужчин, которых плотно опекали наёмники. Один был совсем молодым, бедновато одетым парнем. Судя по его походке и тому, как наёмник поддерживал бедолагу под локоть, юноша был либо пьян, либо под наркотой. Последний представитель этой странной компании совсем уж выпадал из всех разумных норм. И колоритная одежда, и явно подкрашенные до радикально-чёрного цвета волосы и борода — всё кричало, что в кабинет прошёл самый настоящий колдун, ну или рядившийся под него шарлатан.
Когда дверь кабинета снова закрылась, хирург повернулся к реаниматологу и явно хотел что-то спросить, но так и не произнёс ни слова, наткнувшись на жёсткий взгляд старого врача. Опытный доктор ещё в девяностые латал как бандитов, так и их жертв, поэтому научился не только ничему не удивляться, но и держать рот на замке. Реаниматолог лишь едва заметно качнул головой. Выражение его лица заставило молодых коллег замереть в недобром предчувствии. А в это время в кабинете шёл очень странный разговор.
— Итак, господин Кощеев, он же Синичкин, — Ворон заговорил чуть громче, но всё ещё с натугой. — У вас есть шанс провести ритуал, которым вы так бахвалились. Если, конечно, это не разводка.
— Что вы, — тут же вскинулся изрядно пропотевший в своём неудобном костюме то ли настоящий колдун, то ли ловкий мошенник. — Я нашёл точное описание ритуала в личном дневнике цюрихского магистра тёмной ложи, так же как и подтверждение успешного перехода души. Я до сих пор не повторил его исключительно потому, что не имел доступа к определённым ингредиентам.
— Ну что же, теперь… — Ворон не смог договорить, снова закашлявшись.
