Глаза Ройса сверкают, лицо пугающе белое. Он в ярости хватает тренера Вона за плечо и свободной рукой ударяет в живот, выбивая воздух из его легких.
Вон стонет:
– Мы просто…
Ладонь Ройса взлетает, ложится Вону на затылок и дергает вниз. Потом он коленом бьет тренера по ребрам, и тот дергается назад.
У меня на шее проступает пот, когда Вон злобно рычит и тянется к заднему карману.
Я бросаюсь вперед, но меня обхватывают чьи-то руки.
Кажется, я кричу. Не помню, чтобы в кабинет входил еще кто-то, но, оглядываясь через плечо, вижу Кэптена.
Мои глаза расширяются, на меня накатывает облегчение, приправленное страхом.
– Кэптен, пожалуйста. Забери его и пойдемте, – прошу я.
– Нет, – в его взгляде светится извинение, но хватка крепка. – Ройса сейчас ничто не остановит.
Проклятие!
Моя грудь тяжело вздымается, давление грозит перекрыть горло и подняться к вискам.
Ройс наматывает так и не снятый галстук Вона ему на шею и тянет, заставляя сложиться пополам, а потом разворачивает и швыряет на стену. Затем бросается к нему, приподнимает и отшвыривает к столу. Ударившись спиной о монитор, тренер кричит, но Ройс одержим, у него пульсирует вена на шее, а глаза как у бешеного зверя. Он заносит ногу и пинает Вона в челюсть. Я слышу хруст костей, и свет начинает меркнуть.
Вон стонет, и я еще вижу, как он летит на пол; глотая собственную кровь, этот мерзавец шипит:
– Ты дурак, парень, если думаешь, что хочу ее только я… Что больше никто не ждет, не наблюдает…
Ройс кричит как безумец и резко дергает тренера вверх, заставляя встать, чтобы еще раз вмазать ему. По лицу Вона бегут ручейки крови, глаза превратились в щелочки. Ройс бьет его головой, и тот снова падает.
– О боже, – я пытаюсь высвободиться из рук Кэптена; все вокруг меня стало бесцветным и затуманивается еще больше. – Кэп, пожалуйста, отпусти. Он же может его убить.
– Знаю, – как сквозь вату долетает до меня его голос.
Вон молит о прощении, но его мольбы тщетны. Ройс разворачивается, берет стул и швыряет в стену. Затем наклоняется, хватает отлетевшую ножку, чтобы использовать как биту. Я начинаю плакать, оглядываюсь и замечаю Мэддока – он стоит у входа, и взгляд его прикован к Ройсу. Лицо хмурое и, кажется, встревоженное, но, заметив, что я смотрю на него, он отрицательно мотает головой.
Я снова пытаюсь вырваться, но Кэптен держит крепко.
Все плохо.
И будет еще хуже…
Мой лоб сводит от напряжения, тяжелая пульсация охватывает не только виски, но и все тело целиком. Пытаюсь сделать глубокий вдох, но у меня ничего не выходит. Снова и снова моргаю, но зрение затуманивается еще больше.
Мне нельзя волноваться, я знаю, но сейчас не тот случай.
Ройс что-то кричит Вону. Я не слышу что именно, но вижу, что тренер готов предпринять последнюю попытку – он дотягивается рукой до куска стекла.
Все остальные это тоже видят. Рука Кэптена дергается, тень Мэддока скользит в глубь кабинета.
А Ройс… Ройс злобно смеется… Нет, он смеется восторженно.
У меня внутри все сопротивляется. Да, Вон заслуживает худшего, но это не то место, где с ним можно расправиться. Потому что ученики могут стать свидетелями, глазея в разбитое окно.
Кэптен быстро разворачивает меня и подталкивает к двери, к Мике. Но Мика не такой хваткий, я выскальзываю из его рук и бросаюсь в кабинет.
Мэддок пытается схватить меня, но я слишком далеко от него.
Ко мне летит Мак, его глаза выдают панику, но я на два шага впереди.
Мне нужно привлечь к себе внимание Ройса, чтобы не дать ему сделать то, что он задумал, но мне в висок летит кулак, и мои глаза отказывают – все вокруг исчезает. Моя нога скользит, и я падаю на спину, голова с грохотом ударяется об пол.
Чувствую боль, жжение, но это длится всего миг, а потом… ничего.
Я давлюсь водой, что льется мне в рот и на грудь, кашляю и плююсь, пытаюсь встать, но с моих губ слетает тихий крик, и я опускаюсь обратно.
Под ладонями чувствую что-то холодное.
Я на полу?
Делаю глубокий вдох, и в висках нарастает тяжелая пульсация.
Пробую снова.
И снова.
Ощупываю веки и моргаю, чувствуя, как ресницы царапают кожу. Мои глаза открыты.
У меня вырывается крик.
– Нет!
Чьи-то руки хватают меня за запястья, но я отмахиваюсь и зажмуриваюсь. Опускаю ладони на пол и ползу, пока не натыкаюсь на что-то мягкое.
– Бриэль, перестань.
Кэптен.
– Просто дыши, – продолжает он. – Скажи нам, что ты в порядке.
– Я не могу… Я…
Опускаю голову и снова прикрываю руками глаза. Когда я касаюсь лица, мои пальцы чувствую влагу. Она теплая.
– О боже! – Я пытаюсь встать, но меня держат.
– Пригони тачку, быстро! – Это уже Мэддок, но к кому бы он ни обращался, этот человек, видимо, двигается недостаточно быстро, потому что Мэддок кричит снова, в три раза громче: – Я сказал, быстро!
Влага наполняет мои глаза, стекает на щеки, заливая ладони.
– Бриэль, посмотри на меня. Дай мне взглянуть.
Я неистово моргаю, делаю глубокий, полный вдох и поднимаю голову.
Мои глаза открыты, но я ничего не вижу.
Вокруг – чернота.
