И её переселение в мою комнату, которое было воспринято временным явлением, ни что иное, как обживание нашей будущей супружеской спальни.
Репетиция. И никак иначе.
Входящий от Жеки ожидаем. Включаю громкую и перестраиваюсь в левый ряд.
— Вещи занесли? — уточняю, притормаживая на светофоре.
— Нет. Потому и набрал. Игнат Маратович, что-то долго они там.
Проверяю по часам: действительно странно. Полтора часа, чтобы осмотреть одну комнату. Да даже чай выпить можно несколько раз.
Зараза!
Вот ОНО!
То чувство, что дребезжало на заднем плане, не позволяя расслабиться, прорывается вперед и противно зудит.
— Перезвоню, — сбрасываю вызов и вбиваю в навигатор новые вводные.
Жека еще раньше скинул «точку», потому знаю, куда ехать. Маршрут увеличивается незначительно, а время прибытия возрастает до часа двадцати.
Как только загорается зеленый, стартую и набираю Леру. Гудки проходят, но трубку не берёт. Сбрасываю и снова жму на «Вызов».
Бесполезно.
Вдавливаю педаль сильнее и ухожу на ЗСД. Пусть чуть дольше по расстоянию, зато без пробок и светофоров.
Набираю парням, чтобы отправить их в квартиру, как вижу параллельно входящий от Леры.
Вот засранка! Наконец, заметила.
Выдеру, когда доберусь.
Просил же держать телефон рядом, а она, видимо, забыла.
Веду пальцем по зеленой иконке и уже открываю рот, чтобы напомнить про обещание, которое не выполнила…
— У меня в машине еще есть, — слышу приглушенный голос Ёжика, что обращается явно не ко мне, — я схожу и принесу тебе всё.
— Думаешь, лоха нашла?! — взвизгивает вдалеке не то мужик, не то парень. — Если у тебя с собой телефона не было, значит, он в тачке остался. Ментов вызвать хочешь?
Увеличиваю звук до максимума, чтобы не пропустить ни слова. Динамик явно чем-то прикрыт и глушится.
— Нет. Можем вместе спуститься, сам возьмешь все деньги. Они в рюкзаке лежат. — Лера говорит размеренно и чуть растягивает слова, стало быть внутри вся дрожит, но не хочет этого показывать.
Умница моя, умеет собраться в экстренной ситуации. А вот Катя на заднем плане плачет. Надеюсь, этот смертник их не обидел. Иначе…
Мля!
Не сбрасывая вызов, набираю параллельно пацанам смс. Пусть пока вычислят, что за квартира, но не суются и не светятся.
Давлю на газ, выжимая всё что можно. Мне требуется еще минут двадцать, чтобы добраться до места.
Хорошо бы Лере удалось уговорить типа спуститься к машине. Если ему деньги нужны, это может выгореть. А там уж парни примут со всеми почестями.
— Можно я воды Марии Степановне принесу, — всхлипывает где-то вдалеке Катя. — И таблетку. Посмотрите, ей совсем плохо.
— Неси, только без глупостей. Иначе подружку твою порежу. — писклявый голос недоноска раздается близко от включенного телефона. — Тебя как звать, блондиночка?
— Лера.
— Смелая ты, Лера, — ржёт гад, — не боишься, что ли?
— Боюсь, — выдаёт малышка, — особенно, когда твой нож так близко…
Сжимаю руль с такой силой, что кожаная оплетка под пальцами скрепит.
Придушу урода!
Пятнадцать минут…
Зараза, долго…
Четырнадцать…
Говорят, только в моменты, когда близкому человеку грозит опасность, ты осознаешь, насколько он тебе на самом деле дорог.
Сцука!
Подписываюсь под каждым словом.
Потому что меня просто разрывает от нервов.
А ведь Ёжик и до этой дерьмовой ситуации не была безразлична. Всегда важна. С первого дня зацепила. Каждый раз кроет, стоит ей свои голубые глазки поднять и робко в мою сторону посмотреть.
А то, что началось в моём доме, и длится вот уже пару недель — вообще песня. Наша с ней. Общая, красивая, и долгая-долгая.
Моя малышка. Идеальная.
Добрая, светлая и любимая.
Та, которую не отпущу.
И за которую сверну шеи, если потребуется.
Нет, я не жестокий, но за своё буду рвать, не жалея.
Вот и в Первопрестольную гонял из-за этого.
Долги раздавал… тем двум уродам, что сломали в семнадцать лет жизнь моей девочке. И еще много лет ей спокойно жить не давали, являясь в кошмарах.
Ну ничего, бумеранг — штука надежная, всегда возвращается.
И насильник легко может стать жертвой. Потому что таких тварей нигде не любят. Зона — не исключение.
Проматываю в голове историю жизни Весенней и охреневаю.
Лерка у меня — центр притяжения для всех мразей, которых магнитом к ней тянет, как грязь на чистое.
Ну ничего… Разберёмся. Исправим. И грязь уберем, и ряды уродов проредим.
Десять минут…
Съезжаю с ЗСД, вливаясь в плотный поток, и прислушиваюсь к тишине из телефона, что напрягает до хруста в кулаках.
Сам, конечно, виноват. Отпустил, не продумав всё до мелочей. А с Ёжиком так делать нельзя. Её только или с собой рядом держать, или с пацанами, но чтоб глаз не спускали. Уверен, что она не оценит посторонних. Но лучше так, чем «с приключениями». Девочка умная, не капризная.
Договоримся.
— Пожалуйста, — оживает динамик. Голос Леры слышен чуть хуже. Наверное, отошла дальше, — смотрите, бабушке совсем плохо, скорая нужна. А вдруг приступ.
— Да и ладно. Старая своё уже отжила.
- Но и Ваша комната тут. Если она умрет, вас это тоже коснётся.
— Мля… Верно трындишь. Значит, говоришь, деньги в машине?
— Да.
— Показывай, какая… — голоса удаляются.
И телефон опять затихает, не подавая признаков жизни.
