Четыре минуты… Должен успеть.
Скидываю парням очередное смс, чтоб дали уроду спокойно спуститься вниз. Благо, с хатой определились. Второй этаж. Нормально.
— Ключи гони!.. — оживает динамик.
Шорох на заднем плане.
— Вы две, тут сидите и ждёте подружку. Узнаю, что менты ищут, её больше не увидите. А так отпущу, попозже… — мерзкий писклявый смех бесит.
Минута…
Въезжаю во двор и, не тормозя, пролетаю чуть дальше. Хватаю спортивную сумку. Кепку натягиваю, уже выскакивая из машины, и опускаю на глаза.
Поднимаюсь на первый пролет и, услышав шум сверху, останавливаюсь, делая вид, что завязываю шнурок.
— Эй, мужик, баул свой убери, — всё тот же противный голос раздается над головой вживую.
— Извините, сейчас, — хватаю сумку за ручки и выпрямляюсь. — Привет, маленькая!
Подмигиваю девчонке и бью урода в живот, одновременно перехватывая руку с ножом.
Короткая заминка, чтобы обезоружить. Отшвыриваю сволочь к парням. Теперь точно сами разберутся.
И Лера уже в моих объятиях. Обняла руками и ногами, как обезьянка дерево, и нос спрятала между шеей и ключицей.
Пыхтит. Ёжик.
— Всё хорошо! — глажу её по спине, успокаивая, и понимаю, что самого потряхивает. — Ты у меня умница.
Да уж! Как начался отпуск эпически, так и завершился.
Умею я жить тихо. Но от всяких неприятностей это меня, к сожалению, не защищает. Так и притягиваются без конца.
Всего-то, кажется, две недели. Не так много. Однако, люди за это время успевают слетать в отпуск, совершить массу покупок, съездить на экскурсии, сделать ремонт и прочая-прочая… Я же только дома сидела. Как сказали бы многие: «Скучала».
А впечатлений отхватила… Некоторым за всю жизнь столько не прилетает.
Вот и мне бы не надо… Да кто бы спрашивал.
Весь воскресный вечер не отлипаю от начбеза, преследуя его хвостом. Ну это так, приукрашиваю, конечно. Но с ним рядом в тысячи раз спокойнее. Потому даже выпить по чашке кофе или съесть бутерброд зову с собой.
Не смеется и никак не комментирует. Иногда мне даже кажется, что ему это нужно не меньше, чем мне. Особенно в моменты, когда замечаю внимательный взгляд с теплыми искорками. А еще Игнат меня постоянно касается, гладит, держит за руку или просто обнимает, уткнувшись носом в макушку.
Саму ситуацию с наркоманом, решившим «срубить с трех баб деньги», детально не разбираем. С меня не требуют подробного рассказа с уточнением фактов и не ругают. Майский слышал всё сам, сумел разобраться, вовремя вмешался и спас. Снова.
Он — мой ангел-хранитель. Мой защитник.
— Ты не растерялась и сделала максимум, что могла. Я тобой горжусь. — это единственное, что говорит мужчина по поводу произошедшего и просит забыть всё, как дурной сон.
— Можешь о нём больше не вспоминать. Будто ничего и не было, — целует в висок и тянет на выход из дома. — Пойдем перед сном прогуляемся. Кстати, может завтра с обеда на работу выйдешь или дома вообще еще недельку посидишь?
— Майский! — впервые называю его по фамилии, и это так здорово звучит, что вызывает улыбку.
— Что Весенняя?
— А ты не обнаглел? Совсем меня дома хочешь запереть? Чтобы только в четырех стенах сидела?
— Замечательная идея, — кивает, улыбаясь, — но, к сожалению, не уверен, что с тобой она прокатит. Или?
— Даже не надейся!
— А предложить себя в качестве шофера могу? — притягивает за руку ближе и обнимает за талию.
— Можешь… — с радостью отвечаю на поцелуй, что пьянит посильнее вина, — и я даже соглашусь.
Этой ночью Игнат особенно нежен и нетороплив. Но мне словно не хватает его энергии, настойчивости, власти. Сама не замечаю, как прикусываю ключицу и впиваюсь короткими ноготками ему в плечи, заставляя действовать немного жёстче.
— Не нравится? — хмыкает, сковав меня по рукам и ногам, и, дождавшись согласного кивка, резко переворачивает на живот. — Тогда держись крепче. Жалеть не буду.
И после предупреждения Майский действительно уходит в отрыв. Контролируя не только моё тело, но и ощущения с эмоциями, он, как опытный виртуоз, доводит до сумасшедшего оргазма не только себя, но и меня. Заставляет кончить именно тогда, когда считает нужным. Будто разрешение дает.
Подчиняюсь. И падаю на кровать без сил. Кончились. Все и сразу.
— Хочешь в душ? — притягивает к себе под бок, целуя в плечо.
— Не-а, — мычу с закрытыми глазами и через минуту засыпаю.
Колючие поцелуи вдоль позвоночника и медленно сползающее в ноги одеяло выдергивают из сна. Зарываюсь носом в подушку и шарю рукой, стараясь предотвратить побег вредного покрывала.
— Доброе утро! — звонко чмокает мою ягодицу Игнат. — Если не передумала ехать со мной на работу, то пора вставать. Кстати, парни твой телефон вернули, так что вот.
На подушку рядом с носом ложится моя вчерашняя потеряшка.
— Спасибочки! — переворачиваюсь на спину, любуясь из-под ресниц влажными взъерошенными волосами Майского и голым торсом. — Ты уже и позанимался, и душ принял?
— Ага.
— Давно проснулся?
— Час назад.
— Сколько у нас времени до выхода?
— Полчаса-час. Смотря, сколько тебе нужно.
— Спасибо. Я быстро.
Сползаю с кровати, прикрываясь одеялом, и тянусь за халатом, пока Игнат выбирает рубашку.
