— Умница, что поела. Совсем забыл тебя накормить сегодня, — говорит, как ни в чем не бывало.
— Не переживай, сама об этом только недавно вспомнила. А ты?
— Неа, только кофе. Дел много, но к семи постараюсь разобраться.
— Как ты меня заметил? — не дает покоя вопрос.
— Ты всегда этот столик выбираешь, — подмигивает и отвлекается на официантку, заказывая… снова кофе, а потом на входящий вызов.
М-да, вот такой график точно не по мне. Не люблю внезапность и неорганизованность. Теряюсь. Мне последовательность и четкость по душе.
— Всё, Ёжик, я дальше побежал, — чмокает в щеку и, забрав у подоспевшей обслуги приготовленный напиток, уходит в сторону своего офиса.
— Излагай, — забираюсь к Игнату на колени и отбрасываю его телефон подальше.
Иначе так и не сможем поговорить.
Не замечала раньше такой активности, а сейчас постоянные звонки на сотовый Майского дико раздражают. И ладно бы в рабочее время… Но уже начало десятого. Нормальные люди отдыхают.
Так что, пусть весь мир подождёт…
А я, как самая терпеливая и послушная девочка, выдержавшая без единого вопроса с трех до девяти, достойна ответов… И никакие гаджеты мне не помешают их получить!
Мы успели вернуться с работы, переодеться и немного отдохнуть. Я даже с Катей полчаса поболтала, пока она не уехала. И вот только недавно закончили ужинать, убрали посуду и удобно расположились на террасе.
— Прямо вот так сразу? — подначивает мужчина, находясь в явно приподнятом настроении.
— Перестань меня отвлекать, — перехватываю сильные руки, что с особым удовольствием то скользят по голым ногам, то сжимают попу, притягивая ближе к мужчине.
После душа я переоделась в футболку и шорты, практически позабыв, как стеснялась в первые дни носить короткие вещи. Майский ненавязчиво смог сдвинуть мои границы дозволенного, прилично их расширив. И сейчас этим бессовестно пользовался.
— Ты обещал разговор, когда мы будем дома.
— Сама себя слышишь? — задает странный вопрос. И пока прокручиваю повтор в голове, добавляет. — Классно звучит: мы дома. Согласна?
— Игнат, прекрати говорить загадками, — обхватываю ладонями его колючие щеки и смотрю в завораживающие серо-зеленые глаза, — пожалуйста!
— А это запрещённый приём, — резко наклоняется и увлекает в сумасшедший поцелуй.
— Ты тоже хитришь! — фыркаю в ответ.
— Согласен, — откидывается на диван, становясь серьезным. — Хорошо. Помнишь, что я тебе сказал сегодня днём?
— Да. Я тебя не устраиваю. Совершенно.
— Правильно. Только забыла уточнить одну важную деталь: в роли моей женщины, — щелкает меня по носу, как ребенка.
— А это существенно?
— И даже очень.
— Хочешь определить мне другую роль? — Боже, всё из него клещами тащить нужно. Куда делся деспот и тиран?
— Совершенного верно.
— Кольцо было по этому поводу?
— Ага.
— Скажешь по какому? — прищуриваюсь и скрещиваю руки на груди.
— А сама не догадываешься? Ты же у меня девочка умненькая, — снова ехидничает этот вредина.
— Да кто ж тебя знает, Майский?! — не выдерживаю и озвучиваю ранее пришедшие на ум мысли. — Может, ты меня, в любовницы решил перевести, а кольцо — взятка. Или вообще в отставку отправить, и вот прощальный подарок возил примерять.
— Лерка! Дурочка! Хватит ерунду молоть. Женой ты моей будешь. Женой.
— Кто сказал? — вредничаю в ответ.
— Я сказал, а ты согласилась.
— Не было такого, — демонстративно фыркаю. — Даже кольцо показал и забрал!
— Так для этого и забрал, чтобы всю ночь уговаривать его носить. Очень сильно уговаривать, — опять сжимает мою попу.
— А вот фиг»! Ничего не получится, — показываю язык и добавляю, краснея, — мне нельзя пять дней.
Замечаю, как гаснет улыбка Майского.
Разве из-за отсутствия секса может так портиться настроение?
Неприятно становится. Неужели только на этом он хочет построить отношения?
Не верю, но осадок…
— Я очень рассчитывал, буквально мечтал, что ты забеременеешь с первого раза, — зарывается пальцами в мои волосы, массируя затылок. — Всегда хотел большую семью. Любимую умницу-красавицу жену и минимум трех детишек… Подаришь?
Смотрит в глаза. Серьезный и открытый, как, наверное, никогда до этой минуты. Беззащитный, сбросивший всю броню и раскрывший свои желания.
Кажется, откажи я сейчас, и удар по нему будет очень жестоким и болезненным.
А еще понимаю, что вот так, немного завуалированно, этот большой и сильный мужчина мне в своих чувствах признается.
Как умеет и считает правильным.
Без громких слов и миллиона обещаний. Доказав поступками, что всегда будет заботиться и защищать.
— Я одна? — задаю такой болезненный с некоторых пор для себя вопрос.
Понимает, кивает.
— Обещаю.
И я верю.
— Подарю, Игнат, — киваю, и вижу, как серо-зеленые глаза буквально оживают. Но не свредничать не получается, — только не с первого раза!
Тонкий-тонкий сладковато-пряный аромат с капелькой горчинки дразнит обоняние. Втягиваю непонятный запах сильнее и утыкаюсь носом во что-то щекотное. Резко отклоняюсь назад и, разлепив сонные глаза, стараюсь сфокусироваться на том, что меня разбудило.
