Я почти хотела, чтобы в этот самый момент сюда ворвался Фостер и застал меня с этой коробкой в руках. Тогда я могла бы потребовать у него ответы.
Отложив права, я вынула следующий предмет — конверт, подписанный одним словом: «Софие».
Я перестала дышать и вытаращилась на конверт — казалось, в моих руках был настоящий ящик Пандоры.
Мне не стоило открывать его. Я не имела на это никакого права — слишком личным это было. Территория, на которую я не должна была ступать.
Вполне возможно, что исчезновение Кейда как-то связано с этой девушкой. Сейчас он мог быть с ней.
Моё сердце болезненно кольнуло при этой мысли. Неловкими пальцами я раскрыла конверт — он оказался незапечатанным. Внутри лежало письмо. Я сомневалась, что адресат когда-либо держал его в руках.
Я ругала себя за любопытство, но сопротивляться не могла. Развернула лист и жадно впилась в строчки, написанные наклонным, размашистым почерком.
Я не дышала, пока читала письмо — пропитанное грустью, болью и любовью. А ещё преданностью. И все эти слова написал Фостер? Мне трудно было в это поверить.
Блядский Фостер, который не может удержать член в штанах, был так сильно влюблён?
Хотя, почему был? Я не сомневалась, что он до сих пор любит эту Софию.
В коробке было ещё много конвертов для Софии, но я боялась открывать их. Боялась читать то, что он написал для неё. Это лишало меня надежды.
Я могла обладать его телом, но его сердце давно отдано другой.
И наконец-то, на самом дне коробки я увидела фотографии. Три фотографии, и на всех была одна и та же девушка — миниатюрная, невысокого роста, с каштановыми кудряшками вокруг лица в форме сердца. Её нельзя было назвать яркой, роковой красавицей — скорее милой, но не это привлекло моё внимание. То, как смотрел на неё юный Кейд, было поразительным. Его глаза лучились безмерной любовью и обожанием. Я никогда не видела у него такого взгляда. Он предназначался только этой девушке.
Каждое фото было подписано на обороте.
«Кейден и София». Также были проставлены даты — самое позднее фото, датированное июнем 2003 года, когда ему ещё не было и восемнадцати.
Неожиданно на меня накатило странное чувство — захотелось спрятать все эти фото и письмо назад в коробку и сделать вид, что я ничего не видела. Ничего нет. Этого прошлого Кейда никогда не существовало.
***
Прежде чем покинуть комнату, я убедилась, что оставила всё, как и было, чтобы Кейд не заподозрил даже, что я копалась в его вещах.
На улице уже вечерело. Без особой надежды ещё раз попыталась дозвониться до Фостера, но телефон по-прежнему был отключён. Я уже оставила ему с десяток голосовых сообщений, что делало меня похожей на сталкера, но мне было плевать. Я просто хотела, чтобы он вернулся живой и невредимый.
В какой-то момент я решила, что мне следует остаться. Буду здесь дожидаться Кейда. Даже если, вернувшись и застав меня в своём доме, он будет недоволен. Я же всё равно не смогу сейчас уснуть. Какая разница, где именно лезть на стенку.
Когда за окном полностью стемнело, я сходила в душ и достала из чемодана пижаму, собираясь лечь в гостевой комнате, в которой уже однажды спала.
Забравшись под одеяло, я начала думать, что, может, мне и не стоило оставаться. Кейд неизвестно когда вернётся, а я тут хозяйничаю.
