Он – танцующий в темноте… Она Глупындра. Но она хотела быть для него самой-самой. И, забыв все «не могу», осторожно вливалась в его загадочный мир… Вселентий любил летать. И каждый раз, когда тьма опускалась на уставший город, она мчалась за ним на крыльях ветра. Украдкой проникала в спящие дома, как осторожный шёпот. Вглядывалась в неподвижные лица. Так же свободно выскальзывала сквозь приоткрытые форточки наружу. И понимала, что он подарил ей самую прекрасную в мире бессонницу. Она стала ради него всесильной ведьмой. Та, что знает, как прижать к ладоням хвосты комет, сделав из них послушных дельфинов. И укротить самую непостоянную луну.
Проснувшись в объятьях пустоты, она снова ненавидела себя за нерешимость. Но ни советы подруги, ни доморощенные психологи из глянцевых журналов не могли заставить ее перейти к наступленью. Сердце тикало все сильнее…
Однажды он спросил:
– Куда же ты идёшь?
– Не знаю.
– Тогда нам по пути!
Шагает Алиса по шахматным клеткам. Она в Зазеркалье. Спасибо таблеткам. Он кормил её витаминками счастья.
Он – танцующий в темноте… Она Глупындра. Каждый раз, когда ее взгляд касался его силуэта, с ней творились странные вещи… Она жадно впитывала каждую его черту и не могла им налюбоваться. Она смотрела… Как смотрят на своё единственное чудо, которое происходит раз в жизни, и переписывают книгу судьбы навсегда.
Однажды она приблизилась к нему. И сказала, мягко вынув сигарету из его воздушных пальцев:
– Дыши мной и чувствуй, как соединяются наши души…
И солнце вспыхнуло ярким пламенем на запылённом небе, когда она ощутила трепетную нежность его слегка обветренных губ.
– Ты меняешь меня. Я больше не буду прежней. Я становлюсь отблеском серебряного сиянья на твоих тронутых лунным светом висках.
– Может, всё прекратим? – едва заметно улыбался он, чувствуя радиоволны ее желаний.
– Пожалуйста, не останавливайся. У меня так восхитительно кружится от тебя голова!
Она не знала о нём почти ничего. Но она знала, откуда берётся эта дрожь в солнечном сплетенье. Эти легкие крылья, уносящие к звездам. И эта весна на луне… Она писала ему сообщенья на обрывках рассвета: обнимаю тебя всей душой. Ты моё солнце.
Он был сдержанно-манящим. Принимал ее откровенья. Но не спешил открываться сам. Как солдат на войне с собственным сердцем, который бежит от любви.
Ох уж эти мужчины с тонкими губами… Ты никогда не знаешь, когда попадёшься во власть их загадочной улыбки. Когда сдержанность чувств зажигает вулканы желаний. И целое безумство, от которого никуда не деться, рождает лишь один поцелуй.
– Мне нужен шампунь, который вымывает людей из головы, – сказала Глупындра, придя в ближайший супермаркет.
– Чего? – удивился продавец.
– Мне надо сделать что-нибудь, лишь бы стереть эти навязчивые мысли…
– Может, порошок по удалению стойких пятен?
– Ага, пятен на солнце, – съязвила Кристина.
Продавец по-прежнему тупил, глядя на странную девушку с большими грустными глазами.
– Пожалуйста, выбирайте товар и проходите на кассу…
– Спасибо. У вас нет того, что мне нужно. Лучше я пройду не на кассу, на эшафот. Ведь, как известно, самое лучшее средство от головной боли – это гильотина.
– Удачного дня вам! Выход вон там!
Небо сгорало от края до края. Кристина снова думала о нём.
– Любовь – красивая боль в области сердца… – сочувствовала подруга, но Глупындре не становилось легче.
«ХОРОШО БЫТЬ МАЛЕНЬКИМ – ВСЕ КОНФЕТЫ БОЛЬШИЕ. Плохо быть взрослым. Проблемы ещё больше, чем самая огромная из этих конфет…» – отрешённо вздохнула она, вспомнив слова одного очень хорошего человека, которого она никогда не знала, но общалась с ним по Сети.
– Макарошки будешь? – хлопотала подруга.
– Спасибо, что-то не хочется.
– Может, кусочек луны на блюдце небес?
– Спасибо, позже, – улыбнулась Глупындра, вспоминая тот шёпот звёзд, скользящий по обнажённой коже…
И про себя повторила:
– Пожалуйста, космос! Дай мне снова ЕГО. Так чтобы лететь к звёздам под шелест крыльев ангела с человеческим сердцем. Когда в тебе распускается безудержным чувством эта Вселенная внутри…
Они становились всё ближе и ближе друг другу…
– А в душЕ я танцую, – вдруг призналась Глупындра.
– А в дУше я пою, – отозвался Вселентий.
У них не было ничего общего. Кроме взаимного притяженья противоположных полюсов. И они ещё долго смеялись над разными милыми глупостями, на которые только способны влюблённые, когда им не нужны долгие объясненья и умные слова. Они смотрели на мир голубыми глазами через розовые очки. Поэтому им было всё фиолетово. Кроме друг друга под синим куполом неба мечты.
– А он есть в Сети?
– Не знаю.
– А ты поинтересуйся.
– Зачем? Он живёт этажом чуть выше. Самое главное, что он есть в моей жизни. Разве надо что-то ещё?!
Подруга насторожилась:
– Самый страшный человек – человек без твиттера. Вообще не знаешь, что за тараканы у него в голове!!!
Кристина не унималась:
– Да какая разница, под каким ником он прячется в Интернете?! Он как последний день на море. Расставаясь, хочется плакать, цепляясь за волны, вгрызаясь в песок.
– Странный он какой-то. Прям как не наш! – судачили люди.
– Свой он, свой, русский!
