Сорак знал, что за правду о своем прошлом ему придется заплатить, но не знал, что цена будет так высока. Он узнал о своих родителях, о своем уничтоженном племени, о судьбе, которую он носил в себе, но за это знание пришлось заплатить голосами, которые вели его через обжигающие пески. В первый раз в жизни он почувствовал себя одинокимА сколько еще может быть потеряно…С Гальдрой, зачарованным мечом эльфийских королей, в руках Сорак выполняет задание, данное ему Мудрецом. Он ищет Союз Масок в Алтаруке, надеясь направить их силы против все увеличивающегося числа осквернителей. Но легенда о Кочевнике идет перед ним, и осквернители собираются покончить как с легендой, так и с Кочевником.
Майку Стекпулу, уважаемому коллеге и хорошему товарищу.
Огромная признательность Робу Кингу, Трою Деннигу, Роберту М.Пауэру, Сандре Вест, Дженифер Робертсон, Деб Ловел, Брюс и Пегги Вили, Эмили Тузсон, Адель Леон, сотрудникам корпорации Хонда в Аризоне и моим студентам, которые заставляли меня постоянно работать из всех сил и учили меня, пока я учил их.
Покрытый пылью и пятнами крови юный наемник прошел через украшенные сложным узором деревянные ворота и оказался в широком дворе, выложенным темным красным кирпичом. Двор был украшен растениями пустыни: широкие ветви дерева пагафа прикрывали от лучей темного солнца большой фонтан, окруженный каменными скамьями, отделанными полированными синими и желтыми плитками. В мягкой, ухоженной земле сада росли кусты ракиты с красивыми бледно-фиолетовыми цветами, красные и желтые пустынные метелки, огромные грязно-белые кактусы, высоченный, не меньше шести футов в высоту и двенадцати в ширину столетник, узорчатые листья побегов были раскрашены в синий и желтый цвета. За деревьями агафари, с их вечно-синими иголками, толпились стволы пустынной акации; их ветки, покрытые желтыми круглыми цветками, качались под легким ветром, привлекая своим замечательным запахом дюжины птиц, мелькавших среди ветов как крошечные стрелы.
Тихая, идилическая, мирная карина, а успокаивающий плеск струй фонтана делал ее атмосферу еще более мирной. И эта идилия резко контрастировала с той сценой, которую юный лейтенант только что покинул.
Матуллус помедлил около фонтана. Глубоко вздохнув, он снял с себя сине-желтый тюрбан, погрузил конец его в воду и тщательно почистил. Он не хотел, чтобы Лорд Энке видел его покрытым кровью, с головы до ног. Новости, которые он принес, и так были достаточно плохи. Он вытер пыль и кровь с лица, рук и груди. Кровь, впрочем, была не только его. Человек, чья кровь покрывала одежду, был капитаном стражи Дома Энке и умер ужасно и внезапно. Он как раз стоял рядом с Матуллусом, когда все это случилось.
Они получили сообщение о волнениях на рыночной площади. На центральном рынке Алтарука, всегда запруженном народом, со множеством ларьков и киосков, регулярно случались ссоры и драки, но тут заурядная драка быстро превратилась в настоящий бунт. Было похоже на то, что волнения послужили поводом для тщательно подготовленного нападения, которое и произошло, но все случилось так быстро, что Матуллус даже не понял, кто на кого напал.
Рота стражи Дома быстро шла между двумя рядами киосков, когда наткнулась на толпу, собравшуюся вокруг двух драчунов, круживших друг вокруг друга с обсидиановыми ножами в руках. Когда Матуллус пробивался вперед, через толпу, чтобы разнять двух мужчин, это и случилось.
Ослепляющая вспышка синего света где-то за толпой, раскат грома, громкие крики ужаса, безошибочно узнаваемое низкое гудение магических стрел, а потом удары, удары в тела людей. Толпа взорвалась, громкие крики сменились ужасными стонами, и все побежали. Стройный порядок роты распался, толпа смяла ее, каждый за себя, и Матуллус вытащил меч, одновременно пытаясь понять, откуда ударил свет.
Только тут он заметил несколько одетых в белое фигур, бегущих через торговые ряды, и по его телу прокатилась волна холода. Союз Масок!
— Стражники! — крикнул капитан. — Ко мне! Сюда! Образуйте пары!
— Капитан, — сказал было Матуллус, — это же мас-
— Двигайся, лейтенант! — крикнул капитан, не слушая его. — Вперед!
Они пошли через метущуюся, охваченную паникой людскую массу, мимо лежаших на земле стонущих людей, сбитых с ног магическими стрелами или задавленными толпой.
Следующее, что Матуллус мог вспомнить, что он лежит на земле, лицом в грязи. Ему повезло, он упал на чье-то тело, точнее на то, что осталось от этого тела: оно было исковеркано и обожжено до такой степени, что невозможно было ничего разобрать. На месте груди была огромная черная дыра, ее края обжигали даже через мундир. Матуллус в ужасе откатился в сторону, и в этот момент оно и случилось.
Капитан наклонился над ним и схватил его за руку. — Давай, парень, вставай, надо идти, — и в тот же момент исчез в обжигающей вспышке синего света. Раздался мягкий глухой звук, вроде как молот ударил по голому телу, и капитан отлетел назад, покрытый кровью и своими собственными кишками.
На какое-то время Матуллус ослеп. Ослепляющая вспышка магической энергии стерла все, какое-то время перед его глазами плясали только цветные пятна и разноцветные лучи света. Он почувствовал нестерпимый жар, а потом ощутил, что весь залит кровью.
