Джедра живет на улица, а Кайана в замке. Когда злая судьба сводит их вместе, они обнаруживают, что их совместная псионическая сила больше, чем почти у любого на Атхасе, у них хватает силы разрушать целые города. Когда оказывается, что они сами не в состоянии управлять такой мощью, они ищут наставника, который помог бы им управлять их огромным талантом и использовать его для блага этого несчастного мира.
На каждом шагу их ожидают тяжелые испытания, но они храбро встречают все трудности. Сможет ли их любовь пережить суровую реальность общества Атхаса, дикость гладиаторской арены и пройти испытание временем?
В воздухе стоял жирный запах горящего каравана. Огромный, размером с дом фургон встретил свой конец в глубокой пустыне, обломки дерева и лоскутья кожи, мертвые тела и вообще все, что нельзя было продать, горели все вместе в потрескивающих языках пламени.
Медное солнце Атхаса, скользя за западный горизонт, подсвечивало мутные колонны кроваво-красного дыма, посылавшие сигнал на дюжины миль пустыни: Здесь смерть.
Примерно пятьдесят эльфов племени Джура-Дай прыгали, скакали и смеялись перед перед остатаками огромного торгового экипажа. Им не было дела дела до запаха смерти, а кровавая картина перед ними только добавляла им радости. Их ярко раскрашенные плащи, рубашки и легкие, свободные штаны весело развевались, пока они плясали и кружились в свете костра, распевавая веселые песни и радостно смеясь. Конечно они были победителями. Проигравшие - торговцы рабами, которые сделали большую ошибку, схватив одного из эльфов племени Джура-Дай - были внутри каравана, дым от их плоти и костей превратил фургон в огромный погребальный костер. Те немногие рабы, которым удалось уцелеть в сражении, убежали в пустыню и должны были сами позаботиться о себе.
Джедра, полуэльф, который был продан в рабство вместе с эльфом Джура-Дай, смотрел на эту вечеринку, укрывшись на верхушке одной из ближайших песчаных дюн. Даже отсюда он чувствовал жар от костра на своем лице, но эльфы его не видели. Так казалось самым безопасным, хотя он и его женщина-человек, Кайана, были приглашены для путешествия через пустыню вместе с племенем в благодарность за псионическую помощь в спасении члена племени.
Кайана сидела позади него на дюне, уперевшись локтями в колени и положив круглый подбородок на свои руки. Ветер играл кончиками ее коричневых волос, но после восьми дней заточения в загоне для рабов пряди ее волос, длиной в локоть, стали слишком грязными и сальными, чтобы ветер мог их приподнять. Ее кожа покрылась сажей и грязью, но Джедру это не волновало. Их связь была намного глубже, чем чисто физическая; ему достаточно было закрыть глаза, чтобы увидеть всю ее красоту.
- Эльфы, похоже, совершенно несдержаны в своих чувствах, - сказала она.
Под ними некоторые из воинов-эльфов стояли только в нескольких футах от пламени, спиной к Джедре, глядевшего на них с верхушки дюны. Судя по их позе они мочились в огонь. Или пытались сделать это. Остальная часть племени - женщины и дети - радостно закричали, когда сначала один мужчина, потом другой отпрыгнули от обжигающего жара, не сумев завершить своего дела. Немногие из более пьяных сумели испустить слабую струйку перед собой, прежде чем и они вынуждены были вернуться назад, так что перед горящим фургоном остался только один воин. Он был высок и мускулист, для эльфа. Его единственной одеждой была пара блестящих красных штанов, а по его блестящей от пота спине прокатилась рябь мускулов, когда он спокойно закончил свое дело, застегнул штаны и повернулся к восторженной толпе, чтобы получить заслуженные апплодисменты. Джедра с досадой заметил, что на его груди даже больше волос, чем у него самого. Увы, наследство полуэльфа не давало ему преимущества, даже здесь.
- Он один из тех, кто освободил нас, - сказал Джедра. - Он сражался все время, пока караван с пленными рабами еще держался. Мне кажется, что он заслужил право немного поразвлечься, дать себе волю.
- Ммм-хмм...
Прежде чем поджечь фургон, эльфы вытащили из него огромный кусок мяса. Кусок выглядел как нога мекилота, а может быть и целый зверь; что бы это не было, его насадили на гигантский шампур и медленно жарили рядом с огнем.
Эльф-чемпион не стал дожидаться, пока мясо будет готово. С важным видом он подошел к туше и мечом вырубил весьма немаленький кусок, насадил его на свой меч и поднес поближе к пламени. Джедра мигнул. Он почти чувствовал, как пламя опаляет волосинки на руке эльфа.
