Впрочем, «тихое» уничтожение героев-пассионариев началось уже до 1985 года. Умер в 1980 году отец экранопланов-«каспийских» Ростислав Алексеев, устав от пятнадцатилетней борьбы с чиновной косностью. Майор Константин Попов, дивизион ракет коего в августе 1970 года сбил над Суэцем четырех израильских стервятников, конечно, получил звезду Героя. Да вот только написал жене: ничего купить домой не смогу — надо «обмыть» награду. Их героизм и титаническую энергию использовали, сжигая людей, словно дешевые дрова. Тогда, когда и мизинца их не стоившие номенклатурные крысы имели благ в сотни раз больше.
Да, советская система к 1985 году, идеология и практика марксизма-ленинизма не обеспечивали отбор и выдвижение к власти пассионариев. Более того — губили их, заставляя массу низших боготворить антигероев — торгашей и «умеющих жить» субпассионариев, выродков. Оттого у власти в 1985-м оказались разрушители и предатели.
Нам надо было отказаться от марсксистско-ленинской идеологии. И даже на словах прекратить проповедь равенства людей. Записав на каменных скрижалях совершено иное:
«Люди не равны между собой. Нельзя поставить на одну доску пьянь у пивного ларька, бухгалтера, манекенщицу — и человека, который сжигает себя, создавая чудеса техники, сверхоружие Империи. Рубщик мяса в магазине и таксист — не ровня тому, кто ведет бронеколонны сквозь кишащие врагом ущелья иди добровольно бросается в огонь боев за Грозный.
Люди делятся на ранги. И вверх должны идти лишь те, кто жизнью своей служит укреплению Империи. Ибо разделить людей по количеству денег у них — это привести к власти тварей без чести и совести».
Править Империей могут лишь хранители высокой духовности, Великой цели — священники, монахи-аскеты по складу своему. Опираясь на аристократию из воинов. И каждый, кто хочет подняться по ступеням иерархии вверх, должен заслужить на то право. Учением, подвигами на поле боя, научным подвижничеством, изобретениями.
Мы должны записать на своих скрижалях:
«Пусть на Западе голос наркомана и проститутки приравнивается к голосу героя войны или выдающегося конструктора. Бог отнял у них разум.
В нашей Империи человек, поднимаясь по ступеням иерархии, будет получать больше голосов».
Надо покончить с обожествлением «мнения народа». Ибо его нет — миллионы людей не способны мыслить логически, живя тем, что вкладывается им в голову из телевизора или бульварной газеты.
Народ — часто неразумное дитя. Ведь мы же не даем детям порнографические журналы и взрослые книги, не ставим детей на посты директоров или президентов.
Почему же мы спрашиваем мнение масс на референдумах, когда решаются тысячелетние проблемы, судьбы держав, сложнейшие вопросы геополитики и стратегии?
Наука до сих пор не знает, почему и как образовались нынешние государства. Почему Савойя вошла в состав Франции, а не Италии, например. Или почему Русская держава не развалилась еще в шестнадцатом веке — ведь экономически мы не должны были быть тогда единым целым. Государства — организмы куда более сложные, нежели человеческий. И если мы не делаем неразумных детей врачами, если мы не лечим болезни, спрашивая мнение большинства встреченных на улице, а доверяем все одному знающему врачу, то почему судьбу державы должна решать масса? Масса, в которой теряются голоса героев и знающих?
Ведь толпа — это неразумное дитя. Целые народы сначала голосовали за свой выход из СССР, не думая о том, что они лишатся нефти и угля, хлеба и мира. Эти же народы потом, как в Армении, будут плакать по разрушенной Империи.
Нерасчлененная, не выстроенная в иерархию масса со всеобщим избирательным правом и «равноправием» — это гибель всего вечного, державного, священного. Это — засилье балаганов и мошенников. Но именно к такой толпе, вместе со своим врагом — демократией, апеллировал и коммунизм.
