У нас к полюсу в 1962 году пошла АПЛ «Ленинский комсомол», ведомая кавторангом Львом Жильцовым. Вместе с «железным Рюриком» — инженер-механиком Тимофеевым. Оба они стали Героями Союза. Потом в опасные подледные плаванья пошли другие командиры. Александр Петелин. Юрий Сысоев. Протопов. Чернавин. Славные русские имена!
То было трудное, напряженное время. В воздухе пахло ядерной войной. Тогда она была более чем возможной. Опередив нас в развитии атомных лодок, Штаты рвались в наши арктические воды. Мы бережно храним книжечку М.Кореневского «Курс норд, идем подо льдами», изданную еще в 1967-м. И вчитываемся в ее строки, ощущая пульсацию тех лет:
…«Арктическую стратегию», предусматривающую нанесение ударов по СССР через районы Крайнего Севера, Пентагон разрабатывает уже второе десятилетие… В течение нескольких последних лет было совершено около десятка арктических подледных походов американских атомных субмарин с чисто военными целями.
Эти плавания, заявил американский адмирал Б.Х.Хоукес, открыли «совершенно новый театр для ведения стратегических операций».
«Расстояние от района Шпицбергена до важнейших русских целей; — писал журнал „Нейви“, — сравнительно невелики».
А командующий флота США вице-адмирал Э.Гренфелл заявил:
«Завоевание господства в Арктике станет одной из важнейших наших задач, и решить ее смогут только подводные лодки…»
Сталин предусмотрительно объявил русской территорией огромный полярный «клин», острие которого упиралось в полюс, а основание покоилось на северных рубежах Империи. И как это он предвидел, что в американских штабах будут вычерчивать трассы ядерных ракетных ударов из Баренцева, Карского морей, из Моря Лаптевых? Надо было защитить этот клин от чужих вторжений, и задача эта пала на плечи еще совсем не океанского имперского флота.
Американцы лезли в Северный Ледовитый океан с отчаянной храбростью. Командир лодки «Скейт» Джеймс Калверт вспоминал, как случилось ему взламывать лед при всплытии, как он «невольно напряг все мускулы в ожидании сильного удара, который мог означать катастрофу», как будто «его всего выворотило» и как с кораблем «произошло что-то странное…». Ударившись о тонкий лед, «Скейт» стал вдруг проваливаться в океанскую бездну, и команде с трудом удалось остановить погружение на глубине в сорок шесть метров.
Но мы не дали американцам господствовать в нашем Заполярье. Освоили походы над бездной холодных и мрачных глубин, над пиками подводного хребта Ломоносова. Ох и тяжко это давалось! Вблизи от полюса сходят с ума магнитные компасы. И электрические, на гироскопах, тоже начинают безбожно врать. Здесь штурманам приходилось переходить на систему квазикоординат, переворачивая с ног на голову привычную географию. У полюса сам полюс для штурманов перемещался на экватор, и вместе с ним переворачивалась вся сетка меридианов и параллелей. «Квазиэкватор» же пролегает через привычный полюс.
