Привычное напряжение ушло, а Станислав прекратил удерживать заложника в прежнем положении. Он на короткий миг отстранился, а после перехватил мальчишку под плечи и помог сесть на старую скамейку.
— Наверное, впервые, но я с тобой соглашусь, — с задором, непривычным ему, произнёс Стас.
Бенджамин в полутьме видел лишь общие очертания и тёмные силуэты. А когда его усадили поудобнее, он первым делом взглянул на руку, которую, все ещё не чувствовал. К ней плотно прилёгал мятый платок, среди неровных граней которого, угадывалась оторванная на днях эмблема.
— Ширяев ответит за свои поступки, — выдержав небольшую паузу, Коновалов продолжил излагать свой план действий. При этом его тело было полностью скрыто тьмой, и редкие лучи света включённого фонаря снизу бросали широкие тени на старые деревянные неровные стены и тело похитителя, — поможет мне в этом «это», — Стас поднял и показал окровавленную нашивку, которой ранее затыкал рану.
Среди темных образов Бен, с трудом, узнал знакомый ему рисунок. Однако для этого ему пришлось сильно прижмуриваться и долго всматриваться.
— А что будет со мной? — вскоре спросил Бен, когда собеседник принялся паковать приобретённое оружие в плотный целлофановый пакет на застежке в виде красной выпуклой линии.
— Я пока не решил, — неуверенно заявил Стас и обратил внимание на вымотанного подростка.
Бен хмыкнул от подобного безрассудства, что было присущее этой личности с первого дня их нелепого знакомства.
— Что? — обиженно спросил Стас, когда не понял причины подобной реакции.
— Ты пытаешься казаться крутым, когда на самом деле это совершенно не так.
— Драки хочешь? — теперь в шутку произнёс Стас, желая разрядить гнусную напряженную атмосферу.
— Я ничего не хочу, — обессиленно выдал подросток, что в подтверждение сполз по стене и лавке, уткнувшись подбородком в оголенную, из-за разорванного воротника, грудь.
Станислав тоже потупил глаза вниз, не в силах встретиться ими со своим собеседником.
— Я скоро вернусь, а пока, — Стас показал колючую толстую верёвку.
Бенджамин наигранно закатил глаза и поднял руки, подставив Станиславу плотно прижатые друг к другу запястья.
— Хотя, — протянуто произнёс парень, что взглядом оценил недавнее увечье молодого собеседника, — я ненадолго, побудешь немного без меня?
Бенджи непонимающе поднял вверх глаза на возвышающегося человека. С нижнего положения и высоко поднятых бровей, что приобрели вид крыши домика, он не мог считать себя равным этому человеку. Бен не смог во тьме различить знакомый отблеск в тёмных глазах и, снова спрятав взгляд, произнёс:
— Будто у меня есть выбор.
— Есть, — подтвердил его предположения похититель, — но не тот, ты можешь выбрать: сидеть связанным или нет.
— Что лучше? — с сарказмом поинтересовался заложник, не привыкший к подобному покладистому отношению к своей скромной персоне.
— Я примотаю тебе палец и верну в «относительно» правильное положение, — выдал Стас, что пытался подобрать более приличные слова. Из-за этого парень запинался и почти все время мычал себе под нос.
— «Правильное положение?» — эти слова насторожили подростка и вынудили сразу обратить внимание на скрытую под платком онемевшую плоть.
Бенджамин вопреки крови, что продолжала вытекать из раны, убрал ткань. Оценив повреждения, он понял, что сопровождал тот неожиданный хруст. Вторая фаланга, на сгибе которой продолжала вытекать красноватая жидкая кровь. Остальная плоть была сильно опущена к ладони. А в самом неровном разрезе виднелось послойное строение хряща, только теперь с множеством маленьких камушков и раздробленных фрагментов живот ткани, хаотично расположенных в открытой ране.
— Тебе нельзя быть хирургом, — насколько возможно Бенджамин детально осмотрел повреждения и невольно обрадовался, что неумеха, сидящий напротив него додумался до обезболивающего.
— Почему?
— Руки не из того места растут, — раздражённо заявил Бен, — заматывай.
Приказным тоном голоса произнёс заложник и теперь отвернулся от изувеченной руки.
Стас принялся к накладыванию повязки под все тем же чутким руководством малолетки, хотя в этом случае для него возраст прекрашал играть роль.
От обычной повязки, что должна была быть, Бенджамин попросил похитителя примотать к сломанному пальцу поверх нескольких слоев бинта тонкую старую палку, которую случайно нашёл в заброшенной хижине. Она поддерживала повреждённые ткани в одном стабильном положении и не позволяла расходиться зияющей щели.
— Вроде, все, — заключил Станислав, когда обрезал немного длинные концы с разошедшимся по краям бинтом. — Не скучай.
Парень занёс руку над головой мальчишки. Однако остановился, из-за чего ладонь на короткий миг застыла в воздухе без движения.
Станислав направился к выходу, и, немного приоткрыв дверь, он оглянулся назад. Посмотрел в угол, где находится молодой подневольный собеседник.
В этом коротком взгляде, надёжно скрытом тенью, Бенни не смог увидеть эмоции человека, что он, по логике, должен был испытать.
