Сломленная полностью

Он берет меня за руку и медленно ведет к своему грузовику. Прогулка с Брэндоном вызывает реакцию глубоко внутри меня и заставляет лицо моего брата всплывать на передний план в моем сознании. Дин был злым человеком. Нет, слово «человек» слишком хорошо для того, кем он был — он был монстром.

Я никогда не смогу подарить один из самых драгоценных подарков, которые женщина может преподнести своему возлюбленному; мой чудовищный брат отобрал его у меня, когда я была еще ребенком. Дрожь пробегает по моему телу, когда я вспоминаю ущерб, который Дин нанес моему телу, отравив мою душу. Тщетно пытаюсь избавиться от мыслей о нем, но что бы я ни делала, его лицо — это все, что я вижу.

Не успеваю я опомниться, как мы оказываемся в нескольких шагах от огромного грузовика Брэндона, и как только мы приближаемся к нему, он толкает меня к пассажирской двери. Несмотря на то, что это не причиняет мне боли, быстрое движение заставляет мое сердце пуститься в галоп.

— Ты такая чертовски красивая, — говорит он, глядя мне прямо в глаза. — Я ничего так не хочу, как поцеловать тебя.

— Хммм… — у меня настолько заплетается язык, что я понятия не имею, как ответить.

— Тебя это устраивает? Если нет, я могу отвести тебя обратно внутрь.

Я качаю головой, не желая покидать его прямо сейчас. Каким-то образом я набираюсь смелости посмотреть ему в глаза. Медленно слова, мои мечты, выплескиваются наружу.

— Я хочу, чтобы ты поцеловал меня.

Его глаза останавливаются на моих всего на мгновение, прежде чем он поднимает руки к моей челюсти.

— Только если ты не против. Не хочу, чтобы ты чувствовала, что должна делать что-то, чего не хочешь.

Я знаю, что он видит мой страх, а это последнее, чего я хочу. Расправив плечи, я поднимаю подбородок и снова смотрю на него.

— Я бы хотела, чтобы ты поцеловал меня.

Не говоря больше ни слова, он приближает свой рот к моему. Его быстрота застает меня врасплох, разжигая что-то глубоко внутри моего живота. Я издала тихий стон при первом контакте, прежде чем расслабиться и позволить ему взять контроль. Его губы такие приятные на ощупь, такие мягкие, но в то же время грубые.

Внезапно мой разум сравнивает его нежный поцелуй с жестоким поцелуем Дина. В тот момент, когда эта мысль проносится у меня в голове, мое тело превращается в камень, и я чувствую, что проваливаюсь в кошмар моего прошлого.

Я работала над глупыми дробями больше часа и была так рада, что закончила. Бросив домашнее задание на комод рядом с кроватью, я скатилась с кровати и направилась в ванную. Прежде чем я успела дойти до своей двери, в нее ворвался Дин.

— Милая, маленькая Бетани, — зловеще пробормотал он мне в лицо, не давая выйти из комнаты.

Я чувствовала запах алкоголя в его дыхании. Он снова пил, а это означало, что мама и папа, должно быть, ушли, потому что это была единственная возможность для Дина прикоснуться к папиному виски. Я начала пятиться от него, но в ответ он повторил мои движения и подошел ближе ко мне, заставив меня мгновенно замереть.

— Дин, убирайся из моей комнаты, — я пытаюсь сказать твердым голосом, но вместо этого слова срываются, когда я произношу его имя. — Пожалуйста.

— О, Бетани, я знаю, что ты не это имеешь в виду. Тебе нравится быть со мной так же сильно, как и мне нравится быть с тобой, — говорит он, обнимая меня за талию и бросая на кровать.

— Оставь меня в покое, — умоляю я его, слезы уже начинают собираться в моих глазах.