— Да, коротышка, достал. — Между пальцев Кридл сжимал небольшой ключик. — Пора развлечься.
— И кого ты приволок?! — кричал Никс, укрывшись вместе с Орном за толстым сталагмитом. Всюду бушевало пламя, тоннели были завалены трупами банды Эрика, а выжившие продолжали поливать болтами укрытие новоиспеченных товарищей. Следопыт изредка отвечал им из своего оружия. Перевес сил оказался не на стороне беглецов. Дворф же бесстрастно перезаряжал странного вида металлическую трубку. Его ловкие пальцы уверенно засыпали что-то в одно отверстие и доставали тусклый камень из другого. Орн обиженно посмотрел на Никса.
— Мы не могли бросить девушку в беде. Мужчины, — он высунулся из-за камня и нажал небольшой крючок на трубке. Раздался громкий хлопок, дворфийские руны засветились синевой, и голова одного из головорезов разлеталась на куски как дыня. Орн вновь спрятался. — Обязаны защищать слабых.
Ящики неподалеку взорвались, осыпав осколками разъяренных бандитов. Послышались вопли и плач.
— Да ты уже с десяток этих
Орн сорвал с груди крохотную сферу и бросил через себя. И снова хлопок — да громче прежнего! В клочья разнесло не меньше трех человек. Он сделал вид, что не расслышал следопыта, а может и правда не услышал посреди чудовищного грохота от дворфиских штучек. Никс бросил взгляд на лежащую перед ним женщину, которую Кридл додумался завернуть в плащ. Короткие взлохмаченные волосы, тонкие черты лица, легкий загар. Куча ссадин и ран не могли скрыть ее привлекательности, но было в ней и нечто опасное — огрубевшая кожа на костяшках, руки в племенных татуировках. «Чтоб тебя!».
До следопыта донеслись звуки чего-то тяжелого, будто бы сюда толкали таран. Он осторожно поднял голову, и его глаз широко раскрылся.
На место, где укрывались Никс и Орн разбойники нацелили дворфийскую пушку. Подстреленный Никсом бандит с кровожадной ухмылкой поджег фитиль.
— Орн… — Никс толкал дворфа в плечо, не сводя глаз с огромного механизма. — Надо уходить!
Орн с ворчанием смахнул руку и сам посмотрел, что происходит.
— Борода моей матери! Бежим!
За миг до выстрела они успели броситься в сторону. Сферический снаряд раскрошил камень и полетел дальше.
— Кха-кха, — Никс приподнялся на локтях. С ног до головы он покрылся песком и пылью, а в голове шум стоял такой, что даже Эгон не мог до него докричаться. — Ты живой?
Дворф застонал, перевернувшись на спину.
— Ох…девушка в порядке?
Никс посмотрел на разбитое укрытие. На земле лежал лишь оборванный плащ. Девушки и след простыл.
«Твою мать…».
Тем временем сквозь мутную дымку к ним приближались остатки шайки Эрика. Следопыт видел в их руках ножи и топоры, представлял лица, с которыми те будут разделывать его и Орна. Эгон продолжал отчаянно что-то кричать; Никс из последних сил потянулся к арбалету. Один из разбойников наступил ему на кисть, а затем надавил. Никс зашипел от боли.
— Аргх, сука…
— Никс! — Орн поднялся и тотчас получил древком в живот. — Ах… — выдохнул дворф, падая на колени.
Следопыту повезло меньше — его ударили по лицу. Он распластался на земле и обречено смотрел, как над ним поднимается топор с блестящими алыми каплями на остром лезвии. Внезапно жилистая рука перехватила рукоять и вырвала оружие из рук головореза. Нагая, со свирепым оскалом незнакомка раскроила топором череп бандиту. Остальные и опомниться не успели, а девушка уже набросилась на них. Удар ногой с разворота сломал шею первому, второго она перебросила через себя и сломала ему руки, третьему досталось коленом в лицо. Движения воительницы показались Никсу знакомыми, словно он увидел призрака из прошлого. Следить за смертоносным танцем доставляло ему огромное удовольствие, несмотря на боль. Меньше чем за минуту от банды ничего не осталось.
Орн с открытым ртом таращился на спасительницу.
— Это…я…мы… — промямлил он.
— Я Кейла, — ответила девушка и помогла Никсу подняться. — Что тут происходит?
…По плану Кридл и Орн должны были помочь Никсу убить охранников, забрать оружие, обчистить запасы Эрика и незаметно сбежать, но у Кридла возникла иная мысль: он хотел убить врага империи в одиночку. Ни к чему остальным знать, кто его сюда отправил.
След Никса вел ближе к поверхности, где было больше свежего воздуха, и легкие не забивал смолянистый запах Ангельского мха. Соратники не встретили ни одной живой души, пока поднимались вверх по кривой каменной лесенке, однако наёмника не покидало стойкое чувство, что за ними наблюдают, словно у стен есть глаза. За всю свою короткую жизнь Кридл никогда не позволял страху взять вверх. Пускай некоторые передряги порой пугали до чертиков, он был уверен в себе. Сейчас уверенность неожиданно куда-то подевалась.
