– УРРХХ. – Могучий старейшина упырей процарапал лапой землю, ссутулив плечи. Когти поддели кучки шлака вперемешку с обугленными костями, железки и лоскуты кожи. Разбитый хайитянский шлем. Крысу было не по себе. Усевшаяся перед ними тварь – некротический полубог, одна из самых могущественных личностей Гвердона, но Бастон отчетливо видел, что Крысу… стыдно? – Я УТРАТИЛ БДИТЕЛЬНОСТЬ. С ПЕРЕМИРИЯ ВЛИЯНИЕ ЭЛАДОРЫ ДАТТИН РОСЛО. НОВЫЙ МИНИСТР БЕЗОПАСНОСТИ, НИМОН, СИДИТ У НЕЕ НА КАКОМ-ТО КРЮЧКЕ, А С НИМ И ДОЗОР. ДАТТИН ПРИГРЕЛА У СЕБЯ И ДРУГИХ – СВЯТЫХ, ОДАРЕННЫХ САМОУЧЕК, НАЕМНИКОВ, ДАЖЕ МЕРТВЕЦА ИЗ ХАЙТА. А ТЕПЕРЬ, БЛАГОДАРЯ ТВОИМ ДУРАЦКИМ ВЫХОДКАМ, – он погрозил Раску когтем, – УЛОМАЛА АЛХИМИКОВ ВРУЧИТЬ ЕЙ САЛЬНИКОВ.
Бастон был вынужден глотнуть воздуха, обрывая Крыса. Упырь раздраженно поморщился.
– РАЗ КАРИ УШЛА… РАЗ ТЫ УШЕЛ… ОНА УБЕДИЛА МЕНЯ, ЧТО НОВЫЙ ГОРОД БОЛЬШЕ НЕ БЕЗОПАСЕН ДЛЯ ХРАНЕНИЯ ТЕХ ШТУК, ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ЗАРЫЛ. И ЗАБРАЛА ИХ.
– Что она забрала?
У Бастона свело живот. Такое чувство, будто кишки набиты грязью, будто он горстями глотал землю и камни. Слова все равно шли, упырь использовал его своим глашатаем, так же как Раск озвучивал Шпата Иджсона.
– ЧЕРНЫЕ ЖЕЛЕЗНЫЕ КОЛОКОЛА. НАДГРОБИЕ ГИЛЬДМИСТРЕССЫ РОШИ. ВСЯКИЕ ЦЕННОСТИ АЛХИМИКОВ.
– И где она держит эти сокровища? – спросил Раск. Как
– ХОЧУ РАЗГОВАРИВАТЬ С ДРУГОМ, – зарычал Крыс.
– Да здесь он, – ответил Раск. Гхирданец быстро заговорил, словно заготовил речь загодя: – Но моя служба в качестве посредника не бесплатна. Вы, упыри, хозяйничаете в подземном мире. Значит, поможете мне попасть в шахту Святого Стайруса.
– НЕ ВЗДУМАЙ МНОЮ КОМАНДОВАТЬ!
Крыс встал и воздвигся над ними – и тут затряслась земля, Новый город изогнулся в судороге. Бастон упал на колени, а Крыс отлетел назад, потому что шестиугольный камень, на котором он сидел, неожиданно взбунтовался, стряхивая его. Упырь грузно упал по ту сторону заградительной стены, уста его и Бастона одновременно издали рык боли. Затем напружинился, как пантера, и скакнул обратно к пролому.
Но прежде чем успел его достичь, Раск сотворил жест – и камень перегородки подтаял, оплыл, сплетаясь в узлы. Расплавленная масса текла вяло, кажется, даже сопротивлялась, вытягивала отростки против течения. В толще стены вспыхнул огонь; на ноге Раска, а затем на боку проступили кровоподтеки.
Простор подземелья огласило эхо визга и уханья упырей.
Великого множества упырей.
Дыра стала слишком мала, чтобы протиснулся владыка Крыс, но в брешь заползла его длинная гибкая рука. Когти сцапали Раска за ногу и дернули, опрокидывая гхирданца. За стеной промелькнула слюнявая пасть Крыса, яростно горели глаза.
Бастон отозвался инстинктивно, как учил Холерный Рыцарь. Отреагировал, как полагалось правой руке главаря.
Гаркнул пистолет, когда он выстрелил Крысу в морду. Упырь одернулся – малого калибра недостаточно, чтобы серьезно уязвить такое чудовище, – но воспользоваться моментом удалось. Раск высвободился и тут же шарахнул ладонью по ближайшему торчащему осколку металла. Белый мрамор стены оросила кровь, и пролом резко сомкнулся, запирая Крыса на той стороне.
Краткий миг тишины они лежали, не вставая с груд каменного мусора.
Шорк.
Шорк.
Шорк.
Бастон открыл рот и нашел, что речь ему повинуется:
– Что за хрень ты наделал?
– То, что было необходимо. – Раск подтянулся, оставляя на стене кровавые отпечатки. – Перезаряди. – Дюжины упырей вприпрыжку неслись на них по пещере. Плотоядных, неразумных, диких. – Пистолетик бесполезен против целой орды. Твою мать, даже любимый тяжелый многозарядник, возьми его с собой Бастон, не справился бы с такой численностью.
– Я ТЕБЯ СЪЕМ, – зазвучал хор голосом Крыса, кольцо упырей сжималось.
– Ствол, – велел Раск, протягивая руку. Бастон передал ему заряженное оружие, и Раск приставил дуло к своему виску. – Тихо! Карильон Тай уехала навсегда. Я – последняя связь со Шпатом Иджсоном. Погибну я – погибнет и он! Итак, Крыс из Гвердона, с чем предпочтешь расстаться? Со своим другом? Не лучше ли снова выбрать воровскую жизнь, чем лизать сапог Даттин?
– ТЫ САМ НЕ ЗНАЕШЬ, ЧЕГО ПРОСИШЬ, – в унисон утветили упыри.
Раск ухмыльнулся, показав кровавые зубы:
– Дракон не просит. Дракон берет.
Бастон почувствовал, как разум Крыса вновь ворочается в нем, как меж зубов проползают мысли старейшины. Вкусил языком язвительную упырью насмешку, глумливую радость. Вопреки заточению, Крыс по-прежнему считал перевес за собой.
Стая упырей забурчала, но перестала наступать.
– Бросьтесь на нас! – прокричал Раск. – И я обрушу потолок на вашего владыку! – Собрание упырей взвыло и забормотало. Херово, что большинство из них зрелые, хищные упыри. Бастон молился, чтоб в своре оказались и младшие особи с поверхности – те понимают человеческую речь и могли бы донести угрозу до своих диких сородичей. Ныне Крыс – последний старейший, без него упыри лишатся вождя.
