Сломленный рыцарь полностью

Ни за что? Ни за что? Я смутно осознал тот факт, что вокруг начали собираться люди и снимать все на телефоны. Я не обращаю внимания на публику. Я живу с ней от пятницы до пятницы во время футбольного сезона. Просто надеюсь, что смогу объяснить все Луне, если это просочится.

Но в глубине души я знаю, что мне не нужно будет ничего объяснять. Очевидно, что ей принадлежит то, что осталось от моего сердца. И что я никогда не смогу быть чьим-то.

– Чувак, я думаю, что она ждет, что ты вызовешь его на дуэль или что-то типа того. Сучка такая старомодная, – выкрикнул кто-то с верхней ступеньки.

Я повернулся к нему и окинул убийственным взглядом.

– Не лезь не в свое дело.

– Извини.

Я снова обернулся к Поппи.

– Я попытаюсь двигаться дальше, но, Поппи, это будет трудно. – А затем я оглянулся и вскинул руки в воздух. – Кому-то здесь нужно чертово ведро попкорна? Убирайтесь к черту отсюда.

Скорость, с которой люди бросились к своим машинам и в классы, заставила бы меня рассмеяться, если бы я недавно не осиротел.

Через три минуты мы с Поппи оказались в полном одиночестве.

Я открыл дверь ее «Мини-Купера». Она улыбнулась сквозь слезы. Ненавижу, когда люди плачут из-за меня. Стакан наполовину полон: она больше не плачет по мне. Так что все нормально.

– Ты сделаешь Луну очень-очень счастливой, – сказала она.

– Да? – У меня хватило наглости спросить ее, главным образом потому, что я чувствую вину, когда говорю о Луне с кем-то еще.

Поппи кивнула.

– Ты настоящий рыцарь.

– Это смешно.

– Это правда.

– Спасибо, Солнечный свет. – Я поцеловал ее в макушку. – Кстати, соккер – это соккер, а футбол – это футбол. Это не одно и тоже. Пока.

Один за другим я вычеркнул пункты из моего выдуманного списка дел, в соответствии с новой ситуацией, в которой моя мама больше не жива.

Я усердно работал над усовершенствованием искусства отпускать вещи. Но все равно иногда лажал. И эти моменты… они причиняли боль. Как тогда, когда я зашел в комнату мамы, ожидая найти ее на троне из подушек и одеял, чтобы получить какой-нибудь женский совет.

Я обнаружил, что ее кровать пуста – и чего ты так удивляешься, идиот – и хотя вряд ли было новостью то, что ее с нами больше нет, я все же позволял себе иногда хороший сорокаминутный срыв, состоящий из ударов кулаком по всему в поле зрения, срывания обоев от стен, а также я разбил телевизор, так как не собираюсь все равно смотреть его в этой комнате.

Но я не пил. Я не выпил ни капли.

Даже когда мой дерьмовый, водящий «Приус», стильно выглядящий психолог Крис, попытался «копнуть глубже» и помочь мне «найти способ осознанности» – из-за чего практически кинул меня в самые трудные времена, – я остался верен своим обещаниям маме. Луне. Но по большей части себе самому.

И что теперь? Я покончил с Поппи – наконец-то, – но мне нужен план.

Я не могу приблизиться к Луне, пока не пойму, что сказать ей, а для этого мне потребуется точка зрения здравомыслящей женщины. Проблема в том, что Дарья – мини-Люцифер, и я доверяю ей чуть меньше, чем сумке с камнями. Позвольте перефразировать: по крайней мере, я могу использовать сумку в качестве оружия. А Дарья бесполезно злая и поэтому находится в самом конце списка контактов.

То же самое, если идти к знакомым девушкам из школы. У них есть скрытые интересы. Они или ненавидят меня из-за отсутствия интереса к ним, или любят достаточно, чтобы попытаться саботировать мои попытки вернуть Луну.

Я мог бы поговорить с Эди, Мел и тетей Эмилией, но правда в том, что мне надо нанести визит Дикси, чтобы поблагодарить ее, хм, не знаю, за спасение моей жизни, и поэтому я согласился встретиться с ней еще раз на той скамейке перед океаном, где изначально сказал ей отвалить.

Только на этот раз я владею информацией, о которой не был предупрежден, когда полагал, что она вернулась в Техас.

1. Дикси достаточно сильно заботится обо мне, чтобы остаться здесь, даже после того, как я сказал, что она мне не нужна. Она спасла мою жизнь, когда все остальные были слишком заняты тем, что ненавидели меня или испытывали жалость к моей пьяной заднице. Она никогда не судила меня, хотя я даже не пытался перестать осуждать ее.

2. Мне нужен женский совет, чтобы мне помогли с Луной, а Дикси, очевидно, женщина. И как я начал понимать – умная.

3. Дикси сообщила мне, что она взяла билет в один конец в Даллас, и каким-то образом я ощущаю, что теряю вторую мать за эту неделю. Я немного расслабился, хотя моя голова забита кучей разных вещей, и это не делает ее потерю менее реальной.