— Вы отказываетесь покидать деревню, потому что ждете звонка любимой женщины?
— Да, святой отец.
— Могу я задать вам еще один вопрос?
— Конечно, дорогой капеллан…
— А как давно ваша любимая обещала вам перезвонить?
— 675 дней назад…
Капеллан вновь посмотрел на гору, которая, хотя и завораживала, никак не дотягивала до того, чтобы однажды быть запечатленной на открытке, которую тоскующий по женщине мужчина опускает в желтый почтовый ящик:
— А почему бы вам самому ей не позвонить?
— Она сказала, что ей нужно побыть одной…
В то утро капеллан более ничего не спросил, поблагодарил за кофе и попрощался. Спускаясь вниз, священник думал, что любовь — бесценный дар, а этот комедийный актер, вне всяких сомнений, очень счастливый в своем несчастии человек.
Сообщив генералу, что уговорить мужчину не удалось, капеллан выслушал несколько солдатских шуток, но зацепился лишь за слова сидевшего поодаль майора, который сообщил всем присутствующим, что:
— Должно быть, этот комик крепкий малый — давно известно, что молчание и игнорирование человека приравнивается к физическим пыткам — мы, в разведке, прибегали к этому способу лишь в самых редких случаях…
Теперь, когда промокший насквозь солдат согревался кофе, капеллан подумал, что нужно еще раз позвонить несчастному мужчине и попытаться спасти его:
— Могли бы вы передать мне телефон, рядовой?
— Думаю, что в этом нет необходимости, ураган повредил кабели, здесь нет связи…
— Погодите, но если повреждена телефонная линия — значит, она не сможет позвонить ему? — вдруг осознав всю сложность и горечь ситуации, произнес капеллан.
— Можно подумать, она собиралась, — съязвил рядовой.
— Безусловно! — обрезал священник. — Нужно немедленно восстановить связь!
— Ради одного человека?
— Ради двух!
Не дожидаясь новой злой остроты, капеллан схватил накидку и отправился в сторону шале. Теперь, взбираясь в гору, он думал не о мужчине, который ждал звонка, но о его возлюбленной: «Какая боль сковывает ее? Что придает ей силы не звонить?»
Постучавшись, капеллан толкнул дверь и увидел гостиную, которую освещали несколько свечей:
— Хотите вина, дорогой капеллан?
— Погода ухудшается. Я пришел сказать, что телефонная линия повреждена. Даже при большом желании ваша любимая не сможет дозвониться. Думаю, вам нужно проявить благоразумие и спуститься вниз.
— Пожалуй, вы правы, дорогой капеллан…
Покорность, с которой вдруг заговорил известный комик, обрадовала и одновременно огорчила священника. Что было в этих словах? Страх? Покорность? Отчаяние?
