За всю мою жизнь у меня поднакопилось вопросов к разным инстанциям, к людям, предметам, сущностям. Вопросы эти разные, иногда глупые, иногда беспомощные, порой раздражённые или усталые, когда-то недоумевающие, а когда-то ироничные. И я не устаю их задавать, только почему-то всё время про себя. Не решаюсь произнести всё это вслух, расстаться с накопившимся багажом. Почему? Ну вот и ещё один вопрос в копилку.
Список моих вопросов довольно прост и одновременно заковырист. Я часто вопрошаю, почему люди так медленно двигаются в метро, неважно, по утрам или вечерам. Интересуюсь у микроволновки, чего же ты, глупая, разоряешься, я всё равно иду к тебе, сейчас открою. Спрашиваю мысленно у своих студентов, какого же рожна вы, дорогие мои, совсем думать не хотите, взрослые вроде бы уже люди. Меня волнует вопрос, почему любимый мужчина может так долго бодрствовать и так долго спать. Что за режим жизни такой? Ещё у меня множество вопросов к Мирозданию/Богу/ Вселенной (называйте, как хотите). Почему всё именно так, а не иначе? Почему иногда вид одного и того же явления – заката или звёздного неба, скажем, – может вызывать такие разные и такие смешанные эмоции? Зачем люди ходят на работу, которую не могут терпеть? Зачем в квартирах живут муравьи и тараканы? Зачем стараться, если никто не ценит твоих усилий? Зачем светить, если все уже зашторили окна? Зачем быть?
И если бы я нашла вдруг ответы на эти бесчисленные вопросы, то, может быть, умерла бы от страха. Или от счастья – это всё равно. Возможен, конечно, и положительный исход: я могла бы стать какой-нибудь супермедийной персоной, ну или новым пророком, на худой конец. Мои изречения репостили бы сотни, тысячи и миллионы. Передавали бы эти откровения из уст в уста, обсуждали бы в курилке на нелюбимой работе, в коридоре университета, на кухне с тараканами.
Смешно? Не знаю. Но знаю точно одно: я бы никогда не успокоилась со своими вопросами. Найдя ответы на все имеющиеся, я бы тут же, едва закончив нести истину людям, обзавелась новыми, во сто крат более заковыристыми, непонятными и сложными. Видимо, это сидит где-то очень глубоко – желание задавать вопросы, пусть в пустоту, пусть себе самой, пусть без ответа. Мне просто нравится говорить со Вселенной. И в этом, пожалуй, ответ, по крайней мере, на один вопрос: зачем же я пишу?
