Слова сияния полностью

Они продолжали в том же духе, повернув на дорожку, что вела к рынку. В военных лагерях кварталы казарм располагались большим кольцом вокруг зданий светлоглазых, выстроенных ближе к центру. По пути к рынку, который находился во внешнем круге маркитантов, за солдатами, они миновали множество других бараков, населенных обычными солдатами – и они занимались такими делами, за которыми Каладин редко заставал солдат в армии Садеаса. Пока не наступило время ужина, они точили копья и смазывали нагрудники.

Не только люди Каладина вышли прогуляться этим вечером. Другие группы солдат, уже поев, гуляли по рынку и смеялись. Они медленно восстанавливались после бойни, покалечившей армию Далинара.

Рынок сверкал жизнью, факелы и масляные фонари сияли с большинства зданий. Каладин не удивился. В обычной армии было бы много маркитантов, но это касалось только движущейся армии. Здесь же купцы показывали свой товар. Глашатаи продавали новости, поступившие, как они заявляли, через самоперо и сообщающие о событиях в мире. Что насчет той войны в Джа Кеведе? И кто новый император в Азире? Каладин имел весьма смутное представление о том, где находится Азир.

Сигзил отбежал, чтобы узнать последние новости, заплатив глашатаю сферу, в то время как Лоупен и Камень спорили, какой трактир лучше посетить. Каладин наблюдал, как кипит жизнь. Мимо прошли солдаты, несущие ночную стражу. Группа темноглазых женщин, болтая, перемещалась от одного торговца пряностями к другому. Светлоглазая посыльная записывала прогнозы дат и времени сверхштормов на доске, ее муж зевал рядом и выглядел скучающим – как если бы его вынудили составить ей компанию. Скоро наступит Плач, время постоянных дождей без сверхштормов с единственным перерывом, который назывался Прояснением и приходился точно на середину. Заканчивался второй год двухлетнего цикла в тысячу дней, а это означало, что Плач будет спокойным.

– Хватит спорить, – сказал Моаш Камню, Лоупену и Питу. – Мы идем в «Злобную чуллу».

– Эй! – возразил Камень. – Но у них нет рогоедского лагера!

– Потому что лагер рогоедов растворяет зубы, – ответил Моаш. – В любом случае сегодня мой черед выбирать.

Пит с нетерпением кивнул. Та таверна была и его выбором.

Сигзил вернулся, узнав новости. Он, по-видимому, останавливался где-то еще, так как нес что-то, пышущее паром и завернутое в бумагу.

– Только не ты, – простонал Каладин.

– Очень вкусно, – проговорил, защищаясь, Сигзил и откусил немного уты.

– Ты даже не знаешь, что там внутри.

– Конечно же, знаю. – Сигзил засомневался. – Эй, Лоупен. Что тут за начинка?

 – Флангрия, – обрадованно проговорил Лоупен, в то время как Камень тоже побежал к уличному торговцу взять себе порцию уты.

– Которая представляет собой... – произнес Каладин.

– Мясо.

– Какое мясо?

– Мясное.

– Преобразованное, – проговорил Каладин, посмотрев на Сигзила.

– Ты ел преобразованную еду каждый вечер, когда был мостовиком, – заметил Сигзил, пожав плечами и откусив очередной кусок.

– Потому что у меня не было выбора. Смотри. Он обжаривает хлеб.

– Флангрию тоже обжаривают, – сказал Лоупен. – Делают из нее маленькие шарики, смешивая с земляным лависом. Скатывают и обжаривают, а затем начиняют ими хлеб и поливают соусом.

Он довольно причмокнул, облизав губы.

– Она дешевле воды, – заметил Пит, когда Камень прибежал обратно.

– Скорее всего, потому, что даже зерно преобразовано, – предположил Каладин. – На вкус как плесень. Камень, я в тебе разочаровался.

Рогоед смутился, но откусил немного. Его ута хрустнула.

– Ракушки? – спросил Каладин.

– Клешни крэмлинга, – усмехнулся Камень. – Глубокой прожарки.

Каладин вздохнул, но они все-таки возобновили движение сквозь толпу, в конечном итоге протиснувшись к деревянному зданию, построенному с подветренной стороны большего по размеру каменного сооружения. Все здесь, конечно же, организовали так, чтобы как можно больше дверей выходило на противоположную Источнику сторону, а улицы были проложены с востока на запад, чтобы ветер мог дуть свободно.

Из таверны лился теплый оранжевый свет. Свет огня. Ни в одной таверне не стали бы использовать сферы для освещения. Даже с замками на фонарях свет ценных сфер мог оказаться слишком заманчивым для перебравших с выпивкой клиентов заведения. Мостовики протолкались внутрь, и их встретил низкий гул болтовни, криков и пения.

– Мы не найдем здесь места, – сказал Каладин, перекрикивая шум. Даже с поредевшим населением военного лагеря Далинара таверна оказалась переполнена.

– Конечно же, найдем, – улыбнулся Камень. – У нас есть секретное оружие.

Он указал на тихого круглолицего Пита, прокладывающего себе дорогу через зал к главной стойке. За ней стояла симпатичная темноглазая женщина, полировавшая стакан. Завидев Пита, она широко улыбнулась.

– Кстати, – обратился Сигзил к Каладину, – ты уже думал, куда будешь селить женатых мужчин Четвертого моста?