Женатые мужчины? Судя по выражению лица Пита, наклонившегося через стойку, перспектива выглядела не такой уж отдаленной. Каладин никогда об этом не думал. А следовало бы. Он знал, что Камень женат – рогоед уже посылал письма семье, хотя Пики находились так далеко, что ответа до сих пор не пришло. Тефт был женат, но его жена мертва, как и большинство его родных.
У других тоже могли быть семьи. Будучи мостовиками, они не часто говорили о своем прошлом, но Каладин слышал намеки то там, то тут. Они постепенно вернутся к нормальной жизни, и семьи станут ее частью, особенно здесь, в постоянном военном лагере.
– Шторма! – воскликнул Каладин, прижав руку к голове. – Мне придется попросить больше места.
– Есть много бараков, предназначенных для семей, – отметил Сигзил. – Некоторые женатые солдаты арендуют места около рынка. Можно выбрать один из этих вариантов.
– Это разрушит Четвертый мост! – сказал Камень. – Нельзя разрешать такое.
Что ж, женатые мужчины, как правило, становились лучшими солдатами. Необходимо разобраться с этим вопросом. Теперь в лагере Далинара пустовало много бараков, возможно, стоит попросить еще несколько.
Каладин кивнул в сторону женщины за стойкой.
– Думаю, она не хозяйка заведения.
– Нет, Ка просто разливает напитки, – ответил Камень. – Пит довольно сильно ею увлечен.
– Посмотрим, умеет ли она читать, – сказал Каладин, отступив в сторону, когда полупьяный посетитель вывалился наружу в ночь. – Шторма, хорошо бы иметь кого-то для такого дела.
В нормальной армии Каладин был бы светлоглазым, и его жена или сестра выступали бы в качестве батальонного писца и клерка.
Пит махнул им, и Ка провела их к столику в стороне. Каладин сел спиной к стене, достаточно близко к окну, чтобы выглянуть из него при желании, но недостаточно, чтобы вырисовываться в виде силуэта. Под усевшимся Камнем застонал стул, и Каладин пожалел ни в чем неповинный предмет мебели. Рогоед оставался единственным в бригаде, кто возвышался над Каладином на пару дюймов и был практически вдвое шире.
– Рогоедский лагер? – спросил Камень, с надеждой взглянув на Ка.
– Он расплавляет наши кружки, – ответила женщина. – Эль?
– Эль, – вздохнул Камень. – Его следовало бы объявить напитком для женщин, а не для здоровенных мужчин-рогоедов. По крайней мере, это не вино.
Каладин попросил ее принести что угодно, почти не уделяя внимания вопросу. Место действительно не самое привлекательное. Шум, брань, дым и зловоние. Но оно было еще и живым. Смех. Хвастовство и крики, гремящие кружки. Ради этого... ради этого жили некоторые люди. Честно трудиться днем, проводить время в таверне с друзьями вечером.
Не такая уж и плохая жизнь.
– Сегодня шумно, – заметил Сигзил.
– Тут всегда шумно, – ответил Камень. – Но сегодня, наверное, особенно.
– Армия выиграла забег на плато вместе с армией Бетаба, – сказал Пит.
Тем лучше для них. Далинар не участвовал в забеге в отличие от Адолина, отправившегося вместе с тремя людьми из Четвертого моста. Впрочем, они не были обязаны идти в бой – а любой забег на плато, который не подвергал опасности людей Каладина, неплох.
– Столько людей, это хорошо, – проговорил Камень. – Больше тепла в таверне. Снаружи слишком холодно.
– Слишком холодно? – переспросил Моаш. – Ты же со штормовых Пиков рогоедов!
– И? – спросил Камень, нахмурившись.
– И это горы. Там должно быть намного холоднее, чем где-нибудь здесь, внизу.
Камень буквально покрылся пятнами забавной смеси негодования и недоверчивости, придавшими красный оттенок его светлой рогоедской коже.
– Слишком много воздуха! Тебе тяжело думать. Холодно? Пики рогоедов теплые! Восхитительно теплые.
– В самом деле? – спросил Каладин скептически. Камень мог всего лишь шутить. Иногда его шутки не имели смысла ни для кого, кроме него.
– Так и есть, – подтвердил Сигзил. – В Пиках имеются горячие источники, согревающие местность.
– Да, но не источники, – уточнил Камень, помахав пальцем Сигзилу. – Источники – слово низинников. Океаны рогоедов – это вода жизни.
– Океаны? – спросил Пит, нахмурившись.
– Очень маленькие океаны, – поправился Камень. – По одному на вершину.
– На вершине каждой горы образовался своего рода кратер, – пояснил Сигзил, – который заполнен большим озером теплой воды. Тепла хватает для создания пригодного для жилья участка, несмотря на высоту. Хотя если отойти подальше от города рогоедов, можно оказаться на морозе среди ледяных полей, оставленных сверхштормами.
– Твои россказни – чепуха, – проговорил Камень.
– Это факты, а не россказни.
– Все это россказни. Слушай. Давным-давно ункалаки, мой народ, которых вы зовете рогоедами, не жил на вершинах. Мы обитали внизу, где воздух густой и думать трудно. Но нас ненавидели.
– Кому же могло прийти в голову ненавидеть рогоедов? – спросил Пит.
– Всем, – ответил Камень, как раз когда Ка принесла им выпивку.
Особое внимание. Большинству остальных нужно было подойти к стойке, чтобы забрать напитки. Камень улыбнулся ей и схватил свою большую кружку.
– Первая выпивка. Лоупен, попытаешься меня победить?
