Слова сияния полностью

– Ну, сама теория не столь глупа, – ответил Виндл, издавая звуки из пучка лоз рядом с девочкой – нескольких зеленых жгутиков шевелились, имитируя движение губ. – Только вот идея, что ты считаешь себя «чистой сердцем»...

– Я чиста! – прошептала Лифт, хмыкнув и вскарабкавшись повыше. – Я – ребенок и все такое. Я так, шторм побери, чиста, что практически радугами отрыгиваю.

Когда они добрались до выступа, Виндл снова тяжело вздохнул – ему нравилось так делать. Он пророс вдоль края выступа, делая его несколько шире, и Лифт шагнула на стену. Она осторожно выровняла равновесие и кивнула Виндлу. Тот стал расти дальше, вдоль выступа, затем перегнулся и разросся вверх по стене, к точке над ее головой. Оттуда протянулся горизонтально, чтобы обеспечить ее опорой. С дополнительным дюймом из лоз на выступе и опорой сверху девочка смогла бочком продвигаться вперед, животом к стене. Она сделала глубокий вдох и повернула за угол в коридор со стражниками.

Лифт продвигалась медленно. Виндл прорастал взад-вперед, усиливая опоры для рук и ног. Стражники не поднимали шум. У нее получалось.

– Они не могут меня видеть, – сказал Виндл, вырастая около нее, чтобы создать очередной ряд опор, – потому что я существую главным образом в когнитивной реальности, даже несмотря на то, что переместил свое сознание в эту реальность. Я могу сделаться видимым любому, только пожелав, не без усилий, само собой. Одни спрены более умелы в этом плане, в то время как другие, наоборот, испытывают затруднения. Конечно, независимо от того, как я проявляю себя, никто не может прикоснуться ко мне, поскольку в этой реальности я едва ли материален.

– Никто, кроме меня, – прошептала Лифт, дюйм за дюймом продвигаясь по коридору.

– Ты тоже не должна, – сказал он с беспокойством в голосе. – Что ты попросила, когда пришла к моей матери?

Лифт не была обязана отвечать, уж точно не штормовому Несущему Пустоту. Она наконец добралась до конца коридора. Под ней располагалась дверь. К сожалению, именно там, где стояли стражники.

– Кажется, ты не очень хорошо все продумала, госпожа, – отметил Виндл. – Ты просчитала, что будешь делать после того, как доберешься сюда?

Она кивнула.

– Ну, и?

– Ждем, – прошептала она.

Так они и сделали. Лифт прижималась к стене животом, ее пятки свисали в пятнадцати футах над стражниками. Ей не хотелось бы упасть. Она почти не сомневалась, что располагала достаточной потрясностью, чтобы пережить падение, но если ее заметят – игре конец. Придется уносить ноги, и никакого ужина.

К счастью для Лифт, но к сожалению для Гокса, ее догадка оказалась верна. В другом конце коридора появился стражник, запыхавшийся и в немалой степени раздраженный. Два охранника подбежали к нему. Он повернулся, указывая в другую сторону.

У нее появился шанс. Виндл отрастил лозу вниз, и Лифт ухватилась за нее. Она ощущала, как кристаллы выступали между усиками, но они были гладкими и правильно ограненными, а не угловатыми и острыми. Лифт прыгнула, держась за лозу, скользящую между пальцами, и в последний момент сжала ее покрепче, остановившись точно над полом.

Оставалось всего несколько секунд.

– ...схвачен вор, пытавшийся обчистить покои визирей, – рассказывал прибежавший стражник. – Он мог быть не один. Оставайтесь начеку. Во имя Яэзира! Не могу поверить, что они посмели. Из всех ночей выбрали именно сегодняшнюю!

Лифт приоткрыла дверь и заглянула в покои императора. Большая комната. Мужчины и женщины за столом. Никто не смотрит в ее сторону. Она проскользнула внутрь.

И воспользовалась своей потрясностью.

Нырнув вниз, она бросилась вперед, и на какое-то мгновение пол – ковер и доски под ним – перестал быть для нее опорой. Она плавно двигалась, будто по льду, бесшумно преодолевая десятифутовое пространство. Ничто не могло ее удержать, когда она делалась такой скользкой. Никакие пальцы не смогли бы ее схватить, и она была способна скользить вечно. Лифт считала, что вообще никогда не остановится, если не отключит потрясность. Шторм побери, она бы скользила до самого океана.

Этим вечером девочка остановилась под столом с помощью пальцев, которые не были скользкими, а затем устранила скольжение с ног. Живот недовольно заурчал. Ей требовалась еда. И побыстрее, иначе потрясности совсем не останется.

– Каким-то образом ты частично находишься в когнитивной реальности, – проговорил Виндл, извиваясь рядом с ней, выращивая и скручивая петли из лоз, которые походили на лицо. – Вот единственное объяснение, которое я могу дать в ответ на вопрос, почему ты можешь коснуться спрена. И твой организм может перерабатывать пищу непосредственно в штормсвет.

Лифт пожала плечами. Он всегда трепался о чем-то подобном. Ее Несущий Пустоту, голод его побери, пытался ее запутать. Что ж, она не станет возражать. Не сейчас. Люди, стоящие вокруг стола, могли ее услышать, даже если они не слышали Виндла.

Еда была где-то здесь. Лифт чуяла ее запах.