— Сидеть! — рыкнул сержант, подавшись вперед. С его безразличного лица мгновенно слетела сонливость.
— … при чем здесь «вальтер»? Охранники были застрелены вообще из обреза! — яростно выкрикнула Волкова и тотчас обмякла, осознав собственную ошибку.
Капитан Шибанов сделал удивленное лицо.
— Вот как?.. И откуда же вам это известно? О том, что они были застрелены из обреза, знали только несколько людей. — И, широко улыбнувшись, добавил:
— Информация-то конфиденциальная.
— Во-от сучка, — выдохнул Карась. — И кто тебя за язык тянул.
Шибанов победно улыбнулся:
— Ну что, господа, вы свободны. Не смею вас больше задерживать. Можете смело обживать свои камеры и дальше.
Шибанов посмотрел на часы. Через сорок минут в кабинете у полковника должно было состояться совещание. Ровно в тринадцать ноль-ноль. Более паршивого времени подобрать было трудно. Но Крылов любил именно середину рабочего дня, когда у всего личного состава от голода слипаются кишки. Многие считали, что поступает он так умышленно, полагая, что на голодный желудок соображается яснее.
Капитан, зная въедливость Крылова, сделал небольшой конспект и наметил пункты, на которые следовало обратить особое внимание.
Он вскипятил себе чаю и потихонечку смаковал его, покрякивая от наслаждения. Лучше всего думается в тиши собственного кабинета, наедине с бумагой и ручкой.
Дверь неожиданно открылась, и сквозняк мгновенно смахнул со стола несколько листков исписанной бумаги и бестолково рассеял их по углам комнаты.
Шибанов едва не поперхнулся горячим глотком — в дверях кабинета стоял Крылов собственной персоной. Он не сразу даже и узнал его — в узких черных брюках и тесной рубашке, из-под которой выпирал небольшой животик, он выглядел почти по-домашнему. Наверняка прибыл в управление откуда-нибудь с дачи, где на радость жене подстригал разросшуюся малину.
— Сиди, сиди, — великодушно разрешил полковник, — не напрягайся.
Готовишься, значит, — показал он взглядом на растрепанные ветром листки.
— Так точно, товарищ полковник, готовлюсь. Крылов сел рядом и, отерев тыльной стороной ладони взмокший лоб, произнес:
— Уф, жара стоит, дышать нечем. Ты вот что, капитан, сегодня на совещание можешь не идти. Мне тут звонили… из министерства, торопят. Без тебя как-нибудь справлюсь. Значит, ты говоришь, Волкова Галина проговорилась?
— Так точно, товарищ полковник.
— А Карась ни в какую?
— Нет, товарищ полковник, молчит. Говорит, что ему скоро на кичу надо идти, а если не по понятиям станет себя вести, то напомнить могут.
— Чем закончились обыски в квартире Карася и Фарида?
— Пусто, товарищ полковник, оружия не нашли. В сарае обнаружились детали от автомобилей, скорее всего от угнанных. Нужно будет пригласить экспертов, пускай посмотрят.
— Что думаешь делать дальше, капитан?
— У меня такое ощущение, товарищ полковник…
— Ну что ты все заладил «товарищ полковник» да «товарищ полковник»! Ты, что ли, забыл, как меня звать? — Григорий чуть смущенно пожал плечом:
— Да нет, то… Геннадий Васильевич… Волкова знает больше, чем хочет это показать. Нужно произвести обыск в ее квартире. Я не исключаю, что часть оружия они спрятали у нее. Я тут уже ходил, выяснял. Она живет на первом этаже, одна… то есть с сожителем Фаридом, и спрятать там можно все, что угодно.
— Так-так-так. — Полковник Крылов задумался. — Возможно, ты и прав… Я бы даже так сказал, лучшего места, чем ее квартира, для временного склада и не придумаешь. Во-первых, рядом место преступления…
— Во-вторых, ее дом находится недалеко от трассы, и на машине к нему можно подъехать незаметно. Извините… Геннадий Васильевич, увлекся, — запоздало вспомнил о своей оплошности капитан.
Начальство полагалось слушать, открыв рот и затаив дыхание, но Шибанов в охотничьем азарте, похоже, позабыл эту заповедь. Полковник Крылов сделал вид, что ничего не заметил… иногда он умел поиграть в демократию.
— И в-третьих, ее подъезд выходит в темный скверик.
— Вы там были?
— А ты что думаешь, капитан, я только штаны в своем кабинете протираю? — довольно хмыкнул полковник. — Значит, тебе нужно разрешение на обыск в квартире Волковой?
— Да.
Крылов вытащил из кармана сложенную вчетверо бумагу и небрежно положил ее на стол:
— Вот тебе ордер на обыск. — И, уже поднявшись, добавил:
— Поговори непременно с соседями, они наверняка должны что-то знать… И чтобы без оружия не возвращался.
Сначала капитан Шибанов облачился в модный джинсовый костюм.
Повертевшись немного у зеркала, понял — что-то не то. С таким прикидом и с такой короткой стрижкой, как у него, он больше напоминал какого-нибудь разводящего в преступной группировке, чем обыкновенного опера. А следовало расположить к себе людей, чтобы даже самая недоверчивая бабулька не терзалась подозрениями. Ведь они ж, бедные, шарахаются от любого стриженого затылка!
