Дракон – это власть!
Истинная власть! Эгоистичная, грубая, жестокая и справедливая.
Дракон – это мудрость!
Мудрость тысячелетий. Мудрость самой вечности, что и сама есть дракон.
Все в Едином и Единое во всем!
Дракон – это лучшие, что есть под небесами, это крылья меняющие мир. Нет и не будет в мирах существа более чарующего и одновременно с этим внушающего благоговейный страх.
Солнечные лучи играли бликами на кроваво красной чешуе. Могучие крылья мерно били по воздуху. Сквозь просветы в облаках, мелькала земля. Наконец впереди показались острые горные пики, окутанные туманной дымкой, а внизу блеснула узкая полоса крупной реки.
Сложив крылья, красный дракон камнем рухнул вниз. Огромное тело с глухим, грозным гулом рассекало воздух. Земля становилась все ближе и ближе. Резко хлопнули разом расправившиеся крылья – замедляя стремительное падение.
Дракон осторожно приземлился на большой каменный уступ и – не глядя на десятки жрецов, разом упавших на колени при появлении своего бога – направился к темнеющему неподалеку провалу пещеры.
Бледное пятно входа осталось далеко позади, густая темнота приняла могучие тело в свои объятья. Огромный ход все тянулся и тянулся вниз в самое чрево горы. Наконец дракон оказался в гигантской пещере – казалось, что древняя гора просто выдолблена изнутри. Расправив и вновь сложив крылья, он прошествовал к центру пещеры, улегся на каменный пол и закрыл глаза.
– Мы ждали тебя… Брат, – разом прозвучали в его голове пять голосов.
Неважно, что их разделяли сотни и сотни миль. Здесь для разума красного дракона не было преград и расстояний. Утар-Ар-Лог видел и слышал своих братьев, словно они стояли перед ним.
Их осталось всего шестеро. А когда-то давно – на заре мира, их было несколько десятков. Первые дети истинного творца. Его единственные дети! Это потом… Все было потом… Боги, эльфы, и прочие ничтожества. Они были первыми! И только Они достойны были ими быть!
Их осталось всего шестеро. Самых могучих! Совершенных! Умных! Хитрых! Жестоких! Их осталось всего шестеро… а шесть драконов-владык – это слишком много. Ведь на вершине есть место только одному…
– Ты смог его обмануть? – спросил один голос за всех.
– Вы сомневаетесь в том, что я способен перехитрить низшее существо?
– И все же ответь? Он поверил твоим словам?
– Полностью – вряд ли. Он крайне недоверчив для столь никчемного создания. Но у него нет выбора.
– Ты уверен, что он призовет нас?
– Без нашей помощи, победы ему не видать. Я сам поставил его в такие условия.
– А если он узнает?
– Что с того? Пусть призовет нас – остальное неважно. Будущее туманно. Но его нить оборвется в тот же день. Вы сами видели это.
– Хорошо. Ты знаешь, чем рискуешь. Наше время пришло! Этих жалких червяков отец одарил слишком щедро. Так недолжно быть и так не будет. Люди, эльфы… Как смеют эти жалкие двуногие считать себя равными тем, с кем не сровнялись даже боги! Творец, Падший… Представления смертных о мире скудны, так же как и их разум. Жалкие двуногие червяки и столь же жалкие знания. Их память коротка также как и их жизни. В этом мире уже давно нет богов. Также как нет, и не будет, силы способной противостоять нам.
"Нам?" – мысленно усмехнулся красный дракон. "Мне, дорогие братья. Мне. Только я достоин! И когда-нибудь… когда-нибудь… Я останусь последним и сокрушу границы этой презренной клетки. Я, лучшее из всех Его творений! Я стану Им! Тем самым! Первым! Тем, кто на самом деле сотворил этот мир и множество других миров. Мертвые боги – были лишь жалким подобием Его. Они были слабы, а потому пали под напором Его первых творений, имя которым драконы.
– Века ожидания позади. Это наш мир! По праву первородства и силы. Только мы должны вершить его судьбу. Так было! Так есть! И так будет! От начала времен и до их конца! Прощай брат.
Голоса драконов смолкли. Утар-Ар-Лог открыл глаза и погрузился в раздумья.
Уходящий вдаль и теряющийся между холмов Восточный торговый тракт блестел мокрыми камнями. Сотник пограничной стражи Марх зябко поежился, жалея о промокшем насквозь теплом плаще, который пришлось снять. Утренний ливень внезапно и шумно обрушился на голову его злосчастной сотни едва они прибыли на указанное капитаном место. Найти укрытие от холодных струй посреди открытой степи было невозможно, а ближайшая роща, способная подарить хоть какое-то подобие укрытия, находилась почти в полумиле. Ливень не продлился долго, но за это время сотник Марх с солдатами вымок до нитки.
– Долго еще возиться будете? – зло поинтересовался он, у маявшихся с последней рогаткой новобранцев, две ее деревянные сестры уже перегородили дорогу. (Рогатка – лёгкое оборонительное заграждение, в виде бруса, укрепленного на крестообразно сколоченных кольях). – Вам еще смотровую вышку ладить, да и навес от дождя не помешает!
Десяток новобранцев ответил сотнику дружным стоном. На их долю помимо бодрящего дождевого душа выпала постройка поста, а как уже говорилось выше – ближайшая роща, в которой можно было разжиться нужным строительным материалами, была в полумиле.
