— Дальше может произойти сбой программы. По-другому, сила гипноза просто ослабевает. Для того чтобы «эффект зомби» держался на должном уровне, необходим систематический контакт с психотехнологом.
— Кажется, я понимаю, — кивнул Чертанов. Он невольно обвел комнату взглядом. Стены выкрашены в салатный цвет. Наиболее подходящая тональность. Глаза не устают. Чертанов, входя в кабинет профессора, ожидал увидеть на стене портреты каких-нибудь выдающихся медицинских светил. Но вместо этого напротив входа висела картина, на которой была изображена какая-то изрядно вырубленная дубрава. Надо думать, что картина тоже не без смысла. — А может ли человек в состоянии гипноза убить? — задал главный вопрос Чертанов. Вопрос прозвучал чуть напряженно.
Доктор Хазаров закатил глаза к потолку. Чертанов понял, что медлительность была едва ли не главной чертой его поведения. Эта особенность доктора начинала слегка раздражать Чертанова.
— Официальная точка зрения на этот вопрос такова: человек не может убить, находясь под гипнозом. В этом случае происходит сбой сознания гипнотизируемого, с ним случается так называемый истерический гипноз. То есть он не способен делать то, что ему неприятно и чего не допускает его человеческая сущность.
— Как же это проявляется?
Хазаров пожал плечами:
— По-разному… Все зависит от того, какая у кого психика. Некоторые пытаются куда-то бежать, другие бормочут непонятно что, с третьими случаются судороги. Я сам неоднократно наблюдал подобные вещи.
— Но все-таки в ваших словах улавливается какое-то сомнение… Если честно, то мне кажется, вы верите, что человек под гипнозом может совершить преступление.
— Если говорить откровенно, то верю! Я занимался подобной проблематикой. Все дело в том, как к ней подходить. А потом, уровень специалистов тоже различный.
Было заметно, что Хазаров чего-то недоговаривает и старается уйти от ответа.
— И все-таки нельзя ли поподробнее?
— Я проделывал такие эксперименты под глубоким гипнозом. Вкладывал в ладонь испытуемым бутафорский нож и давал им установку убить собеседника.
— И что?
Хазаров горько улыбнулся:
— По моим данным — почти стопроцентное выполнение установки. Лишь три человека из ста не пожелали перешагнуть через свои внутренние барьеры.
— А как же повели себя остальные девяносто семь?
— Половина из них к установке на убийство отнеслась совершенно равнодушно. После того как я их выводил из гипноза, они даже не помнили об этом. С другими случилась истерика, которая, однако, скоро прошла. Третья часть, самая небольшая, даже испытывала от этого злодейства некоторое удовольствие. Возможно, что в глубине души в них прятался преступник. При устранении внутренних барьеров открывается сущность личности. — Пожав плечами, он добавил: — И в этом нет ничего удивительного, просто человек так устроен.
— А можно зомбировать человека на убийство?
— Гипноз — это уникальное состояние человеческого сознания. При помощи него даже самого обыкновенного человека можно заставить танцевать, как артиста балета. Конечно, здесь немало имеется и своих секретов, чисто профессиональных. Для длительного внушения нужно применить очень сильное гипнотическое воздействие, с помощью которого можно стереть всю предыдущую память человека. Что-то вроде амнезии. А уже затем на этот чистый лист можно накладывать какие-то образно-субъективные программы, по которым он начнет действовать. Если сказать по-другому, это будет совершенно другой человек. Нужно будет только приказать ему расправиться с неугодным, что он и сделает. Гипнотизируемый никогда даже не заподозрит о совершенном им злодеянии.
— Но ведь это у него можно будет выведать под гипнозом?
Доктор Хазаров отрицательно покачал головой:
— Вы никогда не сумеете этого сделать.
— Почему же?
— Потому что гипнотехнолог высокого класса поверх всех проведенных манипуляций накладывает еще и амнезию! Гипнотизируемый мгновенно забывает все то, что совершил. Даже если попробовать его ввести в глубокий гипнотический сон, скажем четвертого уровня, то все равно никаких результатов не будет. Он просто не сумеет устранить амнезию на содержание всех введенных в его подсознание программ.
— По-другому, он не знает кода, так, что ли?
Впервые за время беседы доктор Хазаров оживился. Очевидно, его позабавила наивность собеседника.
— Можно сказать, что это так.
— Из ваших рассуждений получается, что может объявиться некий гипнотехнолог, который при желании способен задать человеку установку на совершение ритуального убийства?
Пальцы профессора сцепились в замок.
— Я всего лишь психолог, делать предположения и выводы — это ваша работа.
Прервав их беседу, зазвонил мобильник Чертанова.
— Извините, доктор. — Чертанов вытащил мобильный и, щелкнув крышечкой, спросил: — Что там у вас?
— К Вере подошел Шатров.
На несколько секунд у Чертанова перехватило дыхание.
— Вы уверены в этом? — спросил он.
— Да, — ответил Маркелов. — Это точно он. У меня сложилось впечатление, что он ее просто выслеживал.
