Взглянув на официальный бланк, Михаил отложил его в сторону. Особого интереса он не представлял, в нем трудно обнаружить что-то, кроме официальной отписки. А вот письмецо выглядело занятным, во всяком случае, по объему. Михаил очень желал, чтобы Людмила наконец вышла из кабинета, только тогда он сумеет углубиться в чтение, но, похоже, девушка была расположена к обстоятельному разговору. Следовало бы ее выпроводить, но как сделать это, Чертанов не представлял. Он всегда руководствовался принципом: никогда не прогонять женщин, как бы они ни докучали.
— Дело в том, что мне кажется, что за мной тоже охотится маньяк, — выпалила Люда скороговоркой.
Чертанов удивленно вскинул брови:
— С чего ты это взяла?
Девушка пожала плечами:
— Может, конечно, ничего и нет… Но мне показалось, что за мной наблюдает мужчина.
Рассуждения красавицы невольно вызвали у Чертанова немой восторг. Собственно, он минуту назад занимался тем же самым. Если записывать в маньяки всех мужчин, что посматривают на хорошеньких девушек, тогда и самцов-то не останется. Улыбка майора Людмилу покоробила, она заметно напряглась, а ее взгляд при этом посуровел.
— А может, в этом ничего страшного и нет? — предположил Михаил. — Может быть, ты просто понравилась этому молодому человеку и он захотел с тобой познакомиться?
— Мне прекрасно известно, как ведут себя мужчины, когда хотят познакомиться, — вредным голосом сказала Людмила, стрельнув в Михаила острым взглядом. — Я даже знаю, как они смотрят при этом. Я чувствую, когда я нравлюсь. — Михаилу вдруг стало неловко, словно Людмила прочитала его мысли. — У мужчин, которым я нравлюсь, глаза всегда оценивающие… Ну вот такие, как у вас!
— Хм… Спасибо за лестную оценку.
— А у него, — продолжала Людмила, — такие, как будто бы он хочет меня проглотить. Я сначала увидела его в скверике, рядом с домом. Он сидел и курил. Я не придала этому никакого значения, а еще через день встретила его во дворе. Мне кажется, что он шел за мной, потому что, когда я развернулась, он вдруг пошел в сторону. А взгляд его сделался какой-то… — Пожав плечами, она добавила: — Дурной, что ли!
— И это все? — удивился Чертанов.
— Все… Хотя нет, когда я поднялась домой и посмотрела в окошко, мужчина не ушел, он стоял во дворе под деревьями и курил. Мне сделалось страшно! — Людмила зябко поежилась.
В рассказе Людмилы Чертанов не увидел для себя чего-то нового. Только за последние дни он получил полторы сотни описаний возможных маньяков, указывалось даже место их нахождения. Но у него просто не хватало людей, чтобы проверить все эти сигналы. Тем более что, как правило, ни один из них впоследствии не подтверждался. И вот теперь манией преследования были охвачены и сотрудницы управления.
Чертанов изобразил понимающее лицо, взял ручку и участливо спросил:
— Как он выглядел, помнишь?
Девушка серьезно задумалась.
— Он был какой-то неприметный… Сразу так как-то и не скажешь. Среднего возраста. Одет очень просто. На нем был старенький коричневый костюм. Рубашка была тоже очень простая. Кажется, голубого цвета.
— Какого он был роста, цвет волос, цвет глаз?
Чертанов уже потерял интерес к рассказчице. Определенно, что это был не маньяк. Серийные убийцы ведут себя по-другому. Они, как правило, не пугают свою жертву долгими преследованиями. А если находятся в поиске, то умеют оставаться незамеченными. В этом искусстве им может позавидовать даже дикий зверь. И уж, конечно же, они не пугают потенциальную жертву долгими и пристальными взглядами. При контакте они весьма милы, действуют обходительно, не запугивают женщину и тем более не тащат ее за горло на виду у всех в ближайшие кусты. Маньяки поступают значительно тоньше: они обольщают свою жертву, искусно соблазняют, и все эти уловки проводятся для того, чтобы полностью завладеть своей жертвой.
— Роста он был среднего, — Людмила прочувствовалась вопросом, даже слегка сощурилась, словно припоминала какие-то особенные приметы. — Мне кажется, что он немного сутулился. Волосы темные, хотя видела я его вечером. А в это время суток очень сложно судить о цвете.
Чертанов слегка постучал карандашом по столу, сделав вид, что серьезно задумался:
— А может, ты вспомнишь какие-нибудь особые приметы. Может, что-то бросилось тебе в глаза? Какая-нибудь родинка на лице или какой-нибудь шрам? Может быть, у него была покалечена рука? Или он хромал? Было ли в его внешности нечто такое особенное, что отличало его от прочих?
На секунду задумавшись, девушка отрицательно покачала головой:
— Ничего особенного в его внешности не было… Хотя у него были очки. Кажется, с толстыми стеклами. Это как-нибудь поможет? — спросила она с надеждой.
— Трудно сказать, — честно признался Чертанов. — Очень много людей носят очки с толстыми стеклами. К особым приметам этот физический недостаток отнести трудно. А потом он мог нацепить очки для конспирации.
— Знаете, я так его боюсь, а вдруг он встретится мне опять! — негодуя, произнесла девушка. А потом, улыбнувшись, добавила: — А может, вы проводите меня?
