Варя замотала головой и бросилась прочь. Сергей настиг ее, повалил на землю, крепко прижал к траве руки:
– Говори! Чем отвлекла волка?
– Задом голым! – заорала Варя, кривляясь. – Подол задрала и задом повиляла!
– Дрянь! – выплюнул Сергей. – Варда ты, а не Варя!
Яркий сполох озарил ее лицо, и Сергей успел увидеть, как оно сморщилось печеным яблоком, как исказились черты, разом побелела копна здоровых молодых волос.
– Узна-а-ал, узнал, но чуть не поцеловал! – задребезжал голос ведьмы. – А жаль, уж я б тебя любила, вай, любила б так, как эта девка не смогла бы…
Сергей содрогнулся от отвращения.
– Сам, значит, разобрался, – раздался рядом голос Куйгорожа, и напротив вспыхнули два желтых огонька. Пламя горело и в ладони совозмея, разгоняя надвигавшуюся тьму.
– А ты где был, умник? Мог бы прилететь сюда и предупредить!
– Неужто трямка хозяйку свою одну рядом с лесочком оставил, да без панара! Как бы чего не вышло… из леса-то… – захихикала Варда.
Сергей и Куйгорож спохватились и, не сговариваясь, подняли старуху и вытряхнули ее жалкое тело из Вариной рубахи.
– Спасибо, что напомнила! Чуть не забыли, – хмыкнул Куйгорож, показав на горизонт. Последний румянец сошел с неба, на глазах сменившись глубокой синевой. Мгновение – и ночь полностью вступила в свои права.
– Вай, бесстыдники, два мужика да над бабушкой куражатся! – зашмыгала носом полуголая Варда, делая какие-то знаки в воздухе.
– Ничего! Охладишься после костерка, – зашипел Куйгорож и остановил ее руки. – А это ты брось, ведьма! Не то веревку сделаю и свяжу.
– Уж не из песка ли?
Куйгорож обвил ее шею хвостом:
– Еще раз рот свой мерзкий откроешь, еще раз ворожить попробуешь – поймаю алганжея и на тебя посажу!
– Не надо, трямочка, не надо! – прохрипела она. – Только Одноногий все равно ее почует да придет поиграть!
Куйгорож разжал петлю. Варда тюком упала на землю.
– Одноногий? – переспросил Сергей, едва успевая следить за перепалкой Куйгорожа и Варды.
– Напряги свои поросячьи мозги. Кто у нас тут на одной ноге скакать и играть горазд? – Куйгорож бросился прочь. – Запряги Пферду и догоняй!
– Да не умею я! – заорал Сергей, все еще соображая, что имел в виду совозмей.
Фигура с мерцающим огнем в руке метнулась в обратную сторону, после чего послышались похлопывание, вялая поступь лошади и негромкое ржание.
Сергей нашел глазами едва заметную в сгустившихся сумерках колдунью и состроил рожу:
– Вот тебе и хрю! – И побежал вслед за Куйгорожем.
Когда все случилось, Варю обожгло, обдало нестерпимым жаром. Она отпрянула от костра и прижала ладони к прохладной земле. Как только жар немного утих, повернула руки к огню, чтобы рассмотреть, не появилось ли волдырей. Но нет – обошлось. В оранжевых бликах кожа казалась краснее, чем обычно, а в остальном была целой и гладкой.
Гладкой! Варя потрогала лицо и шею. Гладкие! Только ресницы и брови, кажется, обгорели. Заглянула под лохмотья, завертелась сама вокруг себя, подставляя свету то ноги, то грудь. Гладкие, ровные, мягкие, ее, Варины! Из-за яркого огня ей давно казалось, что солнце село, что свершилось непоправимое. Лишь по инерции она продолжала делать то, что посоветовал ей Куйгорож: подбрасывала хворост и из последних старушечьих сил протягивала к костру руки и пятки, нависала над пламенем лицом, почти не чувствуя боли, – то ли оттого, что древнее тело уже ничего не могло ощутить, то ли потому, что эту пытку она делила с настоящей его обладательницей. Теперь же все чувства и запахи вернулись к ней с тройной остротой, заставили скакать и кричать на весь лес, воспевать в ночи свою вновь обретенную молодость и гибкость.
И лес откликнулся, зашелестел в ответ, закивал. Когда Варя услышала чье-то приближение, то ни секунды не сомневалась: Куйгорож! То-то он обрадуется, увидев ее. Она запрыгала, замахала руками – мол, сюда, скорее!
Звуки нарастали. В темноте кто-то тяжело и ритмично стучал по земле. Том-м-м-том-м-м-том-м-м.
– Куйгорож? – позвала Варя.
Звуки приближались, но ответа она не дождалась. Только ускоряющееся «том-м-м-том-м-м-том-м-м». «Пферда!» – подумала Варя. Лошадь везет телегу, и что-то задевает о землю. Тогда почему не слышно копыт?
Она вытащила из костра горящую ветку и вышла на дорогу. Стук прекратился. Кто-то шумно вздохнул в нескольких метрах от нее. Волк? Варя выставила вперед тлеющую палку и попятилась.
– Поиграй со мной! – попросил из темноты детский голосок. – Мне скучно!
Варя опустила ветку и выдохнула. Деревенский ребенок заигрался допоздна и колотит деревяшкой по чему попало, а она нафантазировала себе невесть что.
– Эй, не бойся! Пойдем к костру!
Голосок хихикнул и стукнул еще раз, где-то совсем рядом, да так, что под Вариными ногами дрогнула земля.
– Ты там полегче! Как тебя звать?
– Бобо! – осенило Сергея. – Варда имела в виду Бобо! – Он залез на козлы. – Так ведь?
Куйгорож не ответил. Только желтые огни впереди снова вспыхнули и потухли.
– Ты когда поворачиваешься на голос, я вижу, между прочим! Так что не выпендривайся. Обернулся – ответь.
– Да.
– Одноногий Бобо вроде бы только детей таскает?[69] Поди, не тронет Варю?
