Провожу по сканеру. Снимаются последние восемьдесят. Выбрасываю карту в пластиковую коробку для чеков. Ухожу...
Крамора нет. Теперь начинаю нервничать уже я.
- Данияр Эльдарович, у нас проблема.
- Ну, что там, Сэм?
- Орки Шахову потеряли.
- В смысле?.. - вздрагиваю я, резко тормозя.
- Они отслеживают по маячку в телефоне, маячку, прикреплённом к пальто, к сумке, и - тачке. Шахова была в помещении Скорой, судя по трем маякам. Наши - рядом, на улице. Маяки остались в Скорой. Шахова испарилась.
- Она ж с Крамором должна быть!
- Крамор, судя по всему, сам пытается ее найти. И телефон Марго у него.
- Заебись... - становятся дыбом у меня волосы.
Надо было под кожу ей маяк вхерачить!
- С территории больницы подозрительных машин не выезжало. Наши контролируют.
Разворачиваюсь, бегом направляясь к выходу из Планеты.
- Чего делать будем?
- Ищем!
Как они могли ее потерять?!
Единственный выход на третью сторону конфликта - это Яр. Если Марго у них... Это худшая версия. Ещё хуже, чем фейсы. Эти готовы на любой треш.
И я, забивая на всё, тут же , не раздумывая набираю Яра. Но он не берет трубку.
Сажусь в тачку к Стасу.
- Давай морг.
- Но там ее нет. Наши проверили.
- Все равно туда.
От мысли, что я могу ее больше никогда не увидеть, у меня немеет кожа.
Время течет иначе... неравномерно... иногда ускоряясь, словно я выпал из реальности, иногда тянется.
Башка не варит… Ехать десять минут, а мне кажется мы едем уже час.
Пальцы трясутся, пытаясь достать сигарету. Держу ее, не понимая, что с ней делать дальше.
Как они могли ее потерять?..
Как ты, Марк, мог?!
Держу в руках телефон, ожидая звонка "с условиями".
Одно успокаивает. У третьей стороны, мощностей поменее, чем у нас. Они не федералка. Их возможности ограничены. Хотя нет, не успокаивает! Потому что беспредела там тоже больше.
Лучше бы ты ее не нашел тогда для меня, Стас. К своей смерти я всегда был готов. К её - нет!
- Быстрей, Стас.
- Круговая пробка вокруг больницы!
Выскакиваю на светофоре.
А вот не надо было играть в игры, Омаров! Надо было запереть ее нахер! Не влюбилась? Обойдусь! Зато была бы живая!
Идя через больничный сквер, оглядываюсь по сторонам. Очень красиво... Очень красиво было бы гулять здесь с ней.
В глаза бросается большой крест на холме, возле больничного храма.
Не верю я...
Но внутри такой стрёмный вакуум, что невольно торможу, поднимая на него взгляд.
Верни мне её...
Не умею просить. Требую!
Верни мне её, слышишь! И я буду соблюдать твои дурацкие заповеди. Ведь твоя идея в этом, да? Или какие сделки с тобой нужно заключать? Крест я и так тащу неподъемный по твоей воле, войди в положение!
Никаких одухотворенных ответов на меня не снисходит. Опять всё самому...
- Дайте мне что-нибудь на сегодня.
Мастер окидывает спокойным взглядом мой окровавленный медицинский халат.
- "Все проходит...".
- Нихрена оно не проходит, - с чувством агрессивного протеста в груди, шлепаю босыми ногами по матам и падаю в позу в самом конце зала у стены.
В ушах звенит, слепо смотрю перед собой.
Время словно становится внутренним, отсчитывается грохотом пульса в ушах. А во вне - останавливается.
Я растерянно пытаюсь думать о том, что надо жить дальше.
Дерьмо случается. Разве я не знала, что Дан ходит по краю? Разве не предполагала, что этим закончится?
Надо жить дальше.
Завтра у меня снова будет день. Привычный мне, совершенно обычный день. Который я сама для себя выбрала. А я его больше не-хо-чу!..
Не хочу это пустое никчемное завтра, в котором нет ощущения, что он где-то рядом. Иногда злой, иногда раздраженный, иногда неадекватный, иногда откровенно борзый и заслуживающий получить по лицу. Но рядом.
Зачем ты поехал на эту встречу, Дан?! Зачем так глупо подставился? Ты же умный! Был бы глупый, не продержался бы так долго против таких противников.
Решил самоубиться так? Бред!
Да, он что-то там такое говорил. Но это была метафора. На тот свет он точно не собирался.
Я к этому диагнозу не вижу ни одного симптома! Ты ценил момент... Любой. Ты вырывал его у смерти как наш первый поцелуй!
Не верю...
Мысли не желают успокаиваться.
Мне до боли пусто внутри.
Когда ушел отец, было иначе. От него много осталось внутри меня. Осталось присутствие.
А от Дана - нет... И ничего почти не было между нами, чтобы мне наполниться им до сытости. Только вырванные у смерти несколько мгновений.
Это слишком мало, слышишь! - опять обращаюсь к тому, в кого не слишком то и верю.
Мы даже ни разу не поскандалили... . С кем ещё скандалить, если не с Омаровым?
Мы не сделали ещё столько ценных вещей! Которые вряд ли с кем-то другим случатся в моей жизни.
У меня до тошноты стойкое ощущение, что я эту жизнь просто... проебала. Вот она начиналась-начиналась… и закончилась.
Протест внутри меня нарастает. Даже против этого зала, где я ищу покоя и тишины.
Люди в зале иногда меняются... Кто-то уходит, приходит.
Принятия со мной не случается.
"Все пройдет" - не переваривается.
Мне пора... я знаю, где покой и тишина. Ноги ведут "домой", в больницу, в морг. Да и моя эта ночная смена…
На улице уже темно. Вечерние пробки на дорогах.
