Ведьма поморщилась, посмотрела на неё из под опущенных ресниц и вздохнула. В каждом её движении чувствовалась усталость. Ноги дрожали, спина выгнулась вперёд. Платье запачкалось и кое-где порвалось, от нее несло потом.
Опустив голову, Светомира посмотрела на себя и, словно опомнившись, выпрямила спину. Хотя от недостатка сна и изнуряющей дороги хотелось упасть на землю.
— Мне стоит… — начала было говорить Светомира, но её оборвал безумный, неистовый вопль.
Вздрогнув всем телом, она отшатнулась назад и поднесла ладонь к лицу, покрыв рот. Страх запульсировал в висках, заколотился в горле, обрывая дыхание.
— Я опою тебя, — кивнула ведьма и пошла в сторону хижины.
— Крепкое мясо! Будана, иди корми тьму, — едва завидев ее прокричал Баламут, показавшись из дверного проёма с хилым на вид мальчишкой. Тот сразу побежал в сторону и скрылся за покосившейся сараем, откуда доносилось тихое фырканье лошадей.
— Тебе понадобится поболее, тебе вести нас, — отозвалась ведьма.
— Сбрось усталость, тут хватит на двоих, — не унимался он, махнув закруглённым ножом в воздухе.
Не в силах слышать крики очередной жертвы, Светомира заткнула уши и опустилась на траву. Стоящая позади них ведьма, нервно мялась с ноги на ногу и внимательно слушала разговор Буданы и Баламута.
Пусть нервничает, путь думает, как оправдаться, коли тьма не примет кровь или же наоборот тьма проснётся без крови, будто сила у одарённых.
Страх и ярость забирались под кожу нервной дрожью. Раздираемая жертва захлёбывалась своим криком.
— Вам нравится упиваться мучениями? — выкрикнула Светомира стоявшей поодаль ведьме.
Собственный голос звучал отчаянно, сердце бешено колотилось, частое дыхание забивались в лёгкие. Ногти впивались в ладонь, оставляя узкие бороздки.
— Это всего лишь человек, — раздражённо отозвалась ведьма и закатила глаза.
— Даже не одарённый, — лицо её приобрело брезгливое выражение.
В него хотелось вцепиться, да так, чтобы женщина взвыла от боли, чтобы на себе ощутила, какие муки испытывают их жертвы.
— Не так страшна тьма, как те, кто распоряжается ею, — зло выкрикнула Светомира, подняв своё лицо вверх, так чтобы встретиться взглядом с ведьмой. — Гниль не в тьме, а в твоём сердце, — добавила она поднимаясь на ноги.
Женщина выпучила глаза, разгоряченное после скачки лицо побагровело, глаза зло прищурились, подбородок заострился, скулы впали. Лицо окрашенное гневом загрубело, стало отталкивабщим.
— Паршивка! Несносная подстилка! — выкрикнула она.
Её движения были быстры, занесённая вверх рука для удара сжалась в кулак.
— Не смей! — прошипела Светомира, поймав запястье женщины. — Я здесь по своей воле и ты знаешь об этом.
— Довольно! — подлетела к ним Будана. — Пей! — грубо сунула она в руки Светомиры дурно пахнущую бутыль. — Ещё не хватало, чтобы это всё увидел баламут, — яростным шёпотом произнесла она.
— Так боитесь, что он узнаёт что вы иные, не такие как он? — поморщившись от резкого запаха спросила Светомира и сделала глоток.
— Молчи! — пропитанным угрозой голосом произнесла Будана.
Холодок пробежался по коже, колкими мурашками сковал спину. Тело налилось тяжестью, стало непослушным, голова опустилась вниз. Светомира рухнула на землю.
— Она может создать проблемы, — раздался над ней голос Буданы. — Я буду опаивать её до самой стены тьмы.
"Не напрасно, я их злила не напрасно", — перед тем, как темнота окончательно заберёт её к себе подумала Светомира.
Плотный густой туман затянул её к себе. На расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Под ногами что-то хрустело.
— Лед, — удивлено выдохнула Светомира, отдернув пальцы от твёрдой поверхности.
— Светозар! — взволновано произнесла она.
Беспокойство нарастало. Сердце тревожно стучало. Светомира озиралась, вертелась вокруг себя и продолжала звать Светозара. С каждым новым криком её голос звучал всё отчаяние. Она хорошо знала — холод там, где тьма, а тьмы в Светозаре не было.
— Светомира, — вдалеке позвал её еле слышный шёпот.
Остановившись девушка прислушалась, нервно прикусила губу.
— Светомира! — послышалось уже ближе.
— Радимир! — воскликнула она. — Уйди, я жду не тебя! От тебя несёт холодом.
— Моя тьма голодна, — появившись из тумана, произнёс он.
Смерив её взглядом и отметив, как сестра зябко обхватила себя руками он вздохнул:
— Обогреть не могу, весь огонь ушёл на стрелы от клейменых, — он подошёл к ней на расстояние вытянутой руки и остановился. — Они хорошо позаботились о том, чтобы до тебя никто не смог добраться. Едва переправились через реку, накинулись, будто стало дикое. Может подсказать, чего ещё ожидать?
— Не стоит идти за мной. Я ушла сама. Иначе нельзя.
Радимир горько улыбнулся. Протянул к ней руку и едва ощутимо коснулся щеки, провёл по ней подушечкой большого пальца.
— Я горжусь твоим решением, но нити судьбы иной раз переплетаются так, что никому неведомо когда оборвётся их дыхание, даже если кажется, что всё уже решено.
— Я хочу жить, — обхватила его руку Светомира и сжала её между своими ладонями. — Но иного выхода нет. Я не смогу противостоять, я слишком слаба, я всего лишь женщина. Всё предрешено.
