Тот же остановился напротив них, подбоченился, улыбнулся широко, будто оговорено об их встрече заранее было. После неловкого молчания, шагнул к ним навстречу, протянул руку к щиту, свет излучающему и хмыкнув произнес:
- Любопытно, впервые подобное вижу. Аль не рады мне?
- С чем пришел, скажи прежде, да как нас нашел, - направив, острие меча ему в шею, спросил Светозар.
- Я ж научился любыми железяками управлять, не надо в меня теперече тыкать. А недоверие твое не заслужено, аль я подводил когда землю родную?
- Ты женщину мою подвел, - процедил сквозь зубы воин. – Как нашел нас?
- Мою женщину, - одними губами проговорил Данияр сам себе.
Улыбка с его лица стерлась, плечи поникли. Он посмотрел ещё раз, стараясь найти взглядом Светомиру, но она не спешила выходить и уж тем более бросаться ему на шею.
- Светка, - тихонечко, ласково, будто между ними и не было предательства, позвал он.
Внутри все сжалось, щекоткой пробежалась дрожь по рукам. Как он может говорить в таком тоне с ней? Ведь помнят они оба, что произошло. Приникнув головой к спине Светозара, она молчала. Не о чем ей с ним разговаривать. Пусть выкладывает, зачем пожаловал и кто его подослал.
Не дождавшись ответа, Данияр, несмотря на направленное на него острие меча, переступил с ноги на ногу и со вздохом произнес:
- Познакомился я в виденьях с путником странным, говорил он вещи складные, да знавал то, о чем другие не ведают. Но привлек он не речами своими, а тем, что смотришь на него, словно в гладь речную, сквозь которую Светомиру видишь. Больно похож был на нее, будто брат кровный. Интересовался ею, да все спрашивал, от чего наши пути разошлись.
- И ты ему все как есть рассказал? – перебила его Светомира.
- Нет, сказал лишь, что путь у тебя иной, а он так нахмурился еще, про тьму сказал, якобы неужели первой она проснулась и ушел.
Сжав зубы, девушка покачала головой, еле сдерживая себя. Калекой немощной оставил ее на старца неизвестного. Не потрудился об этом сообщить, да и сейчас словом не обмолвился.
- А как я и сам тебя найти захотел, позвал его, да спросил, где тебя искать. Радимир, так его звали, ответил, что нечего мне за тобою гнаться, после чего и не приходил более. А тут сам явился, да на горы указал, направил к входу, велел с собой еды и воды прихватить. Беспокойно нынче на землях Горных рек, отряд большой отправлен, для спасения Светозара от власти ведьмы. Все весточки ждут. Я сразу смекнул, в чем дело, да и одаренный огнем тьме служить не станет, не раз он силу свою показывал, и то, что вещий он, многого стоит.
- Через сколько на свет выйдем? - спросил Светозар.
- Скоро, немного осталось.
- Незамеченными пройти сможем?
- Коли требуется – пройдем.
Свежий ночной воздух отдавал запахом елового леса. От счастья хотелось танцевать и кружиться не переставая. Мокрая трава щекотала ноги и приятно холодила их. Светомира была весела, сама мысль о том, что ведьмы остались позади, наполняла ее радостью. Даже вид угрюмого Данияра, который то и дело старался заговорить с ней был позабыт. Какое ей до него дело? При Светозаре и то не отважился перед ней извиниться, лишь предложил вперед пойти, чтоб поговорить можно было, на что получил отказ сразу от обоих. Воин не забыл ее и невестой своей назвать и про кубок брачный напомнить, да так громко, что ясно было, для чьих ушей это предназначено. Светомира же, тайком поглядывая на Данияра, согласилась.
Еще было обидно от того, что он ничего про щит из света не спросил, будто так и должно было быть. А может, заприметив легкое свечение от глаз Светозара, решил, что она не имеет к этому никакого отношения. Сам ведь обруч на нее нацепил, и не подумает, что его снять можно без него. А может для этого он и хотел, чтобы они одни остались? Чтоб никто не прознал о том, что обруч на ней.
Вопросов было много, но спрашивать его, о чем либо, она была не намерена.
Среднего роста, крепкий, со смешинкой в глубоко посаженых карих глазах, темные прямые волосы переходили в бороду и подчеркивали длинный прямой нос. На прежде гладком высоком лбе, красовался глубокий, еще незаживший шрам. Когда то она думала, что ради Данияра можно сбежать на край света. Бросить свой народ, позабыть волю батюшки и свой долг перед родными землями. Сейчас могла с уверенность сказать: правитель должен думать, в первую очередь, о своем народе, а поступать, как девка безродная, она не имела права.
Светозара иной раз и то не понимала. Зачем она ему, коли ничего, кроме проблем он с ней не увидит. Посмотрев на его спину, она села на траву и задумалась. Могла ли она его полюбить так же безрассудно, как Данияра? И любила ли она когда- то? Коли никакого сожаления, кроме обиды она не испытывает, то выходит нет… Ведь не проходит просто так то светлое чувство. Ей хотелось бы его задеть, показать, что значима для другого мужчины, но быть вновь рядом с ним… Нет!
