Да, я говорил, что к Криакстере мы подойдём через три часа.
Кира смотрела перед собой остановившимся взглядом, осознавая, что все эти три часа мы провели в постели, и даже не заметили времени.
Наблюдать, как моя девочка каменеет оказалось… физически больно.
Ощутилось давлением в области сердца, застучало кровью в висках.
Кира встала с кровати, подобрала с пола форму, по-военному быстро оделась.
Я тоже одевался, наблюдая за ней.
Практически осязаемо слышал, как вместе с деталями одежды захлопывается вокруг неё невидимая броня. Как с щелчками встают в подогнанные за годы пазы куски защиты.
Потом ещё и пси вокруг неё затвердело, подвижное нежное лицо стало напоминать маску.
Я был полностью одет, когда Кира поправила ремень, выпрямилась, расправляя плечи, развернулась и посмотрела мне прямо в глаза… нет, уже не моя Кира, а инспектор генерального штаба.
Та самая инспектор Мирцен, которую за глаза прозвали «цесар», по названию дорогущей автоматической системы захвата цели. Когда цесару указывают цель, направленное ею вооружение просочится сквозь любые бреши, с неё стекут все любые попытки остановить. Цель будет поражена.
— Ты говорил, — холодно и чётко сказала она, — что после снижения интенсивности мостового феномена, мы поговорим о Криакстере, слепках, и прочем.
Воспроизвела мои слова дословно. Смотрит прямо.
Но меня теперь бесполезно обманывать. Я уже знаю, какая она. Настоящая.
Нестерпимо хотел её спрятать. Закрыть от всех.
Обнять.
Но… в данный момент нельзя.
Смотрел в замершее лицо, на поджатые чуть дрогнувшие губы и предельно чётко осознавал: не примет.
Даже если сейчас обниму. Наговорю ей сотню, тысячу успокаивающих слов — не поверит.
Уже приняла решение. Несмотря на то, что вовлекается. Я прав? Проверю.
— Кира, — тихо глядя в глаза, сказал я.
Вскинула голову. Поджала губы и стиснула кулаки.
Тут же снова расслабила тело, привычно сбрасывая с себя напряжение.
Судя по последовательности волны — она начала с мышц лица, прочертила потоки расслабления через плечи на пальцы рук, и только потом на ноги, выставив их в характерную стойку — продвинутый пси-боец из спираль-веток.
Прошлый раз понял верно. Всё-таки спиральная ветка пси-боя.
Сейчас я назвал её по имени. Если я прав насчёт захлопнувшейся инспекторской брони…
— Инспектор Мирцен, — сообщила она мне. — Называйте меня по должности, командор Логранд. Я признаю вашу правоту. Будет проще… не вовлекаясь.
Я усмехнулся. Да, я прав.
И снова в груди сдавило. Спокойно, Логранд, врубаем контроль, ты не будешь разносить здесь всё в хлам, как бы тебе не хотелось выплеснуть пси, разрушая всё вокруг.
Ладно. Будем работать с тем, что есть.
— У нас минут пятнадцать, инспектор Мирцен, — ответил я. — Пройдёмте к терминалу.
Десять минут мы провели весьма насыщенно и плодотворно.
Инспектор Мирцен знала своё дело. Взяв паузу на минуту, во время которой инспектор спокойно, не показывая ни грамма раздражения, ждала… я решился.
— Данные впечатляют, инспектор, — сказал я, — смотрите, что выйдет, если мы объединим их вот с этим.
Я сделал шаг к столу терминала, оказавшись к ней слишком близко. Кира помедлила, прочертив линию взглядом по моим рукам и плечам, задержавшись на губах. Посмотрела прямо в глаза.
Мост пси-связи был едва заметен, всё-таки мы только что продавили его почти в ноль… но от этого взгляда в висках застучало, а в паху стало тесно.
Это всё сейчас некстати.
Я приподнял брови, она тут же опустила глаза и отступила на шаг, давая место перед терминалом.
Сейчас бы Киру, конечно, завалить бы на этот самый стол, рвануть штаны на недопустимо-соблазнительной попке, упереться членом, взяться за грудь, чувствуя тяжесть сочных полушарий в ладонях…
Три часа мне было крайне мало. Тут и недели не хватит. Неделя в постели с моей горячей нежной девочкой… отличная мысль… Как бы это устроить?..
Крайне хреновая мысль, Логранд. Собрался, живо. Схемы. Терминал. Слепки. Работать.
Не вовлекаться, Кира, не вовлекаться!
Все мои напоминания самой себе о необходимости держать лицо и держать бесстрастный вид разбивались в труху о присутствие Логранда.
Мостовой феномен? Снижение? Работать, Кира. Работать.
— Откуда у вас такой уровень доступа, командор? — спросила я максимально спокойно.
Хотя оставаться спокойной рядом с Лограндом было тем ещё испытанием. Учитывая то, что мы… вдуматься только! Три часа! Творили на кровати рядом с терминалом.
Спасала меня только бесстрастность командора, который совершенно с каменным лицом возвышался рядом, даже не удосужившись пододвинуть к себе запасной стул.
— Скажем так, — после длинной паузы выдал Логранд, — в нашей империи доверенные лица императора… Ладно. Скажу откровенно. Маршалы бывшими в нашей империи не бывают.
Я промолчала. Что сказать? Мне повезло иметь в напарниках человека с таким уровнем допусков к глубинно-засекреченной информации, как бывший маршал Бастиан Логранд.
Я бы ещё долго билась головой о невидимую стену. Я бы бесконечно пыталась найти связующие нити.