Странно. Ни от кого другого я бы не приняла подобного жеста. Ладно, об этом я подумаю потом.
Логранд стоял, выжидающе разглядывая меня, а я не торопилась идти к приземистому одноэтажному зданию пси-центра. Сделала несколько шагов к краю обзорной площадки.
Здесь, на вершине горы, дышалось на удивление легко. Чистый воздух с примесью чего-то неуловимо-цитрусового. Низкие тёмно-серые облака. Три столба смерчей вдалеке и один поближе.
Мне нужно настроиться на беседу с тренером Рийсолом.
Ведь я тоже училась у него. Тот самый пси-интенсив, на который я записалась после гибели Даста, моего жениха, чтобы хоть как-то обрести почву под ногами.
Так. Кира. Соберись. Давай ещё раз. Логика. Беспощадная логическая связь. Давай. Ты можешь.
Все псионики после внедрения программы обладали ложными воспоминаниями, вынуждающими их действовать в заданных рамках.
Ведь я успела взять слепки сознания трёх пилотов моно-истребителей, сбивших меня и Логранда над красными полями Фарсиопы. Все трое думали, что атакуют врагов, и мстили за якобы погибших родных, которых на самом деле не существовало.
Члены экипажа Логранда и наземники — те самые, которые прибыли эвакуировать нас, а потом напали. Их слепки мы тоже влили в схемы. Эти псионики считали, что уничтожают опасных преступников, из-за которых была взорвана их родная планета — у каждого своя.
Были и другие, засекреченные, предоставленные мне Лограндом. Все с потерей близких.
Это наводило на совершенно определённые мысли.
Которые мне было страшно озвучить самой себе.
Впрочем, я была бы не я, если бы не включила холодную логику. Что нам говорит холодная логика?
Какая логическая связка, беспощадная в своей очевидности, сейчас лежит прямо перед моими глазами? Я обязана оставаться беспристрастной. Я смогу. Я должна.
Связка проста. Псионики подвергались воздействию на Криакстере у Рийсола. Я тоже проходила обучение не Криакстере у Рийсола.
Псионики думали, что потеряли кого-то из близких… Я тоже… думаю?.. Давай, Кира, называй вещи своими именами. Я тоже думаю, что я потеряла кого-то из близких. А именно, Дарса.
Дарсен был для меня всем. Мой первый и единственный, обожаемый мужчина. Сильный и внимательный, очень достойный, заслуженно уважаемый во флоте.
Я его боготворила.
Он погиб перед самой нашей свадьбой, и я обязательно найду ту тварь, из-за которой это произошло.
Так я думала? Так я всё ещё думаю?
Теперь, Кира, ты произнесёшь самой себе следующее звено логической цепочки.
Давай, ты сможешь.
Псионики, подвергшиеся воздействию. Три пилота в небе над красными полями Фарсиопы. Все трое думали, что атакуют врагов, и мстили за якобы погибших родных, которых на самом деле не существовало.
Какого врага я должна буду атаковать, чтобы отомстить за якобы погибшего, близкого мне человека… которого на самом деле не существовало?
Мир пошатнулся, меня затошнило. Сильная рука ухватила меня за локоть, не давая упасть.
Логранд, оказывается, стоял позади меня. Он обхватил меня одной рукой над грудью, надавил предплечьем под моими ключицами и с силой прижал меня спиной к себе.
— Ты не пойдёшь допрашивать Рийсола, — сказал командор.
Мне было слишком плохо, чтобы возмущаться громко.
Я возмутилась тихо.
— Мне даже интересно, как ты намерен это провернуть, Логранд, — едва слышно откликнулась я.
— Я тебя отстраню от расследования, на официальном уровне, — ответил он спокойно, не разжимая руки.
Продолжал держать меня. Позволяла ему. Опасалась упасть.
Если он сейчас хоть что-то скажет про моё состояние… Тем не менее, надо признать: удар я сейчас получила страшный. Учитывая, что воспоминания-то никуда не делись.
Так. Стоп. Вычислила вероятностью у себя программы. Допустила мысль, что мои воспоминание о Дарсе ложны. Переждала острый укол боли от этой мысли.
Я умница. Вычислила. Допустила. Теперь, погнали это всё решать.
Действуй, Кира. Спрашивай.
— Ты давно знаешь? — спросила я.
Просто нет сил сейчас спорить и воевать с ним. Мне нужно время.
— Про что конкретно ты спрашиваешь? — после долгой паузы уточняет он.
Пробую высвободиться, но бывший маршал держит меня крепко. Или он всё-таки не бывший?
Это, кстати, тоже очень интересная мысль. Вряд ли он просто так разбрасывается угрозами отстранить от подобного расследования, да ещё и на официальном уровне. Логранд, кто ты, мать твою, такой, на самом деле?
— Я спрашиваю очень конкретно, — нахожу силы усмехнуться. — Давно ты знаешь, что в моём пси внедрена внешняя программа?
— Опиши программу, которая, как ты думаешь, внедрена в твоём пси, — совершенно нейтральным тоном говорит Логранд.
Вздрагиваю. Снова пробую высвободиться из его хватки — бесполезно. Держит крепко. Даже не думает отпускать.
— Ты не отвечаешь на вопрос, — хмурюсь я.
— Я и не собираюсь этого делать. Пока ты мне не расскажешь, цепочку твоих умозаключений, которая привела тебя к такому выводу.