И уже в спокойной обстановке, когда Марина успокоилась, все подробно объяснил, чем он занимался, будучи в должности участкового, но подозреваю, что вскрытая не нарочно интимная «тайна» писателя пойдет теперь в народ байкой! А мы с коллегой запечатлим ее на страницах наших книг. Но не как наглые провокаторы или отпетые умники, а как замаскированные под обычных сотрудников летописцы событий, творящихся в храме литературы — Доме литератора.
Ведь у нас в Домлите множество писателей обитает: поэты и прозаики, аксакалы и новички, любители и графоманы, тезки и однофамильцы, плагиатчики и спесивцы, а теперь и литературные персонажи.
Есть у меня коллеги — Юля и Лена, которые обитают в нашем же здании, но в другом крыле, на третьем этаже. Живут они там обособленной группкой, и встречаемся мы только во время общих совещаний. Как-то раз, не по графику, у меня возникли к Юле дела, и я отправился к ней в гости. Захожу, располагаюсь на свободном месте Лены — она как раз отдыхала в отпуске, и неожиданно оказываюсь втянут в базарное торжище!
— Книги, красочные книги! Для детей и взрослых! Отличный подарок! — послышался знакомый базарный клич продавца литературы, идущего по коридору и заглядывающего во все кабинеты подряд.
Штаб-квартира моих коллег располагалась, по несчастью, во втором кабинете, слева от входа на этаж. А это значило, что женщина, настырно предлагающая книги, с минуты на минуту должна заявиться к нам!..
В голову пришла идея закрыть по-быстрому дверь и претвориться, что никого нет, но едва я дернулся в сторону выхода, как громкой трелью разразился Юлин телефон, выдавая нашу диспозицию и привлекая рыщущего неподалеку нежелательного продавца.
И вот дверь открылась и на пороге материализовалась женщина, обвешанная баулами с продаваемой литературой.
— Книги, красочные книги!.. — начала свою призывную песню торгашка, громкими воплями и цветистыми словесными оборотами пытаясь заинтересовать нас своим товаром.
— Нам ничего не надо! — на свою голову подал я голос.
— Как это ничего не надо! — в неистовстве зашлась продавщица, угрожающе размахивая увесистым томом передо мной. — Сидите тут, ничего не знаете! Книги читать надо!
И это она нам заявляет, — мысленно возмутился я! — людям, работающим в издательстве. Юля, к примеру, всю жизнь только и занимается чтением книг, она же корректор. А я книги верстаю!.. Вслух я ничего, конечно, не сказал, решив благоразумно отмолчаться, но это мне не помогло.
— «Говорящие книги»! — доставая новый фолиант в цветастой обложке, переходя на крик, завопила торговка.
— Не кричите, пожалуйста! — попросила Юля женщину умерить громкость воплей, чтобы лучше слышать абонента. Но тетка, привлеченная тем, что ее попытались заткнуть, пуще прежнего начала разглагольствовать:
— Что ты там говоришь! Я вам добро несу! Настоящие, «говорящие» книги! А вы тут уставились в свои компьютеры!.. — И т. д. и т. п.
Понимая, что отвязаться от настырной торгашки легко не получится, я и Юля попросту начали игнорировать кривляющуюся в припадке всучивания нам книг продавщицу. И вскоре та наконец-то осчастливила нас своим уходом, хлопнув напоследок дверью. А из коридора послышалось вновь про красочные книги…
Оставшись наедине, мы еще пару минут наслаждались спокойной обстановкой, блаженствуя в тишине.
— Вот настырная тетка, — произнес я, нарушая молчание.
— Ага! Постоянно заходит, и никак ее не выгонишь! — согласилась со мной коллега.
— Вот бы ее как-нибудь отвадить от нас! — мечтательно произнес я, прекрасно понимая, что это у тетки работа такая, а наглый характер как раз ей в помощь.
— Ну, если только свои книги ей продать! — предложила Юля вариант.
— Пробовали! — отрицательно качая головой, высказался я. — Не помогает!
Вздохнув, мы перешли к обсуждению насущных дел и позабыли про истового продавца.
Примерно через десять минут, обсудив все вопросы с корректором, я вернулся обратно на свое рабочее место в Дом-лит. Ба! А тут уже та дама! Давешняя знакомая, ярая книголюбка, хищная продавщица литературы — акула бизнеса.
Она, в привычной для себя манере хищно-настырного энтузиазма, рекламировала свой товар, окучивая подвернувшегося потенциального покупателя.
Им оказался заглянувший к нам писатель в не совсем трезвом виде, заинтересовавшийся, на свою беду, «говорящими книгами». Он был взят, как говорится, в оборот.
Продавец, искрометно расхваливая очередную демонстрируемую книгу, уже выложил стопку фолиантов на стол, а клиент все никак не мог выбрать, что ему купить.
— А чем эта книжка интересна? — спрашивал разморенный писатель, небрежно разглядывая иллюстрации, пролистывая книжонку. — А Пушкина у вас нет? А зря! Я могу вам продекламировать чего-нибудь из Пушкина!
— Мне не надо ничего декламировать! — возмутилась женщина. — Вы брать будете эту книжку? — попыталась она сменить тему беседы.
— Буду, вот эту возьму! — неожиданно согласился несговорчивый покупатель.
— Триста рублей! Отличная книжка, с картинками! Песня, а не книга! — обрадованно запричитала продавщица.
