Писатель, вальяжно растянувшись на стуле в полулежащем положении, полез за деньгами. Вывернул наизнанку один карман, демонстрируя его девственную пустоту, затем неспешно потянулся ко второму. В нем оказалось примерно тридцать рублей мелочью.
— Нету! — буркнул писатель, невинно глядя на погрустневшую продавщицу.
— Понимаешь, тут завел шарманку! Беру, беру! А у самого денег нет! — возмутилась женщина, оскорбившись такой выходкой клиента. И собрав книги в охапку, вышла прочь, продолжая клясть нерадивого покупателя.
С того случая продавщица «говорящих» книг больше к нам не заходила, видимо, обходит
Домлит стороной, чтобы не встречаться с тем самым писателем!
А я получил исполнение своего случайно брошенного желания об отваживании этой тетки, которая сама себе нашла такого покупателя, который оказался хитрее, чем сама продавец!
Представьте меня разодетым в парадно-белую рубашку без галстука, в черные наглаженные брюки и лакированные туфли. Представили? А теперь представьте, что я гордо шагаю в сопровождении президента всея Руси! Скажете, этого не может быть?! Но я вам отвечу — может! В это, конечно, сложно поверить, но мне однажды удалось прогуляться с нашим президентом В.В. Путиным. Побывать в его компании, на пресс-конференции и совершить один непростительный проступок. Вот как это было.
Как я уже сообщил, я гордо вышагивал плечом к плечу с Путиным. День выдался жарким, и мой спутник скинул с себя пиджак, забросил его себе за спину, неся за петельку на пальце. Между нами велась непринужденная беседа, сути которой я раскрывать, сами понимаете, не могу, но намекну, что речь шла о предстоящем впереди мероприятии. Вышагивая через залитую солнцем площадь, мы приближались к высокому строению современной архитектуры, в котором нас с нетерпением подстерегали «акулы пера». Охрана в виде двух телохранителей двигалась позади нас на некотором удалении, зорко стреляла по окрестностям своими внимательными взглядами. А я, представляя себе, как выгляжу со стороны, принялся непроизвольно выпрямлять спину, надувать грудь и расправлять плечи.
Продефилировав последние метры до входной двери, мы с величавым видом вошли в просторный зал. Внутри, как и ожидалось, на нас совершила нападение оголтелая группа папарацци. Все они до зубов были вооружены камерами, фотоаппаратами, микрофонами и диктофонами. Атаковав нас совершенно подлым образом: прижимая к закрывшимся за нашими спинами дверям, они подвергли нас бесцеремонному ослеплению яркими фотовспышками и легким контузиям от стрекота срабатывающих затворов фотоаппаратов. Устояв при этой атаке, мой покровитель попал под вторую волну — таран из вопросов, который его окончательно припечатал к двери. К тому же натиск сдавливающей нас со всех сторон прессы начал усиливаться, подобно смертельным объятиям удава, и я вырвавшейся пробкой из бутылки охотно выскользнул из толпы журналюг, давая им возможность заполучить эксклюзивные интервью у президента.
Вынырнув из гомонящей толпы на свободное пространство, я, облегченно отдуваясь, побрел по залу, небрежно разглядывая роскошный интерьер. Вокруг меня шныряли «ужаленные» официанты с бокалами шампанского на подносах. Поддавшись внезапному порыву чего-нибудь выпить, я потянулся за шипучим напитком. Осушив изящный бокал, я продолжил свою бесцельную прогулку в ожидании окончания пресс-конференции и неожиданно наткнулся на своего давнего знакомого. Между нами завязался непринужденный разговор. Бросив в очередной раз взгляд в сторону выхода, я не увидел сгрудившейся там толпы прессы, осаждающей вопросами Путина, и юлой завертелся на месте, ища глазами своего высокопоставленного покровителя. По-быстрому распрощавшись с собеседником, я, в настигающей меня панике, отправился на поиски президента.
Заметив в толпе шкафоподобную фигуру секьюрити, со всех ног устремляюсь к ней. Спрашиваю: куда пошел Путин. Но встреченный охранник оказывается турком и по-русски не понимает, молча разводит руками. Пытаюсь на ломаном английском выяснить, видел ли он, куда двинулся мой президент, но проклятый турка также на ломаном английском отвечает: сорри, не андэстэнд. Я начинаю паниковать по-настоящему, понимая, что отстал от свиты и потерялся в незнакомом мне месте в чужой стране. В панике сломя голову, расталкивая попадающихся на пути зевак, бегу вперед к мелькающим между людьми высоким мужчинам в черных пиджаках. Догнав одного, повторяю вопрос, и на этот раз слышу родную речь. Оказывается, Путин направился в бассейн!
Слава всем богам, он не уехал! А находится где-то в недрах здания! Выясняю, как пройти в бассейн, и, установив направление, трогаюсь на поиски входа. Пересекаю весь зал, вбегаю на лестницу, ураганом поднимаюсь наверх. У одной из дверей упираюсь лбом в знакомых мне охранников. Но их непрошибаемые лица, как впрочем, и тела, надежным щитом прикрывают вход в бассейн.
— Нельзя, не положено! — бурчит один из телохранителей, преграждая мне дорогу.
