КЭТИ. Да ради Бога. Хотя и удивительно! Я знаю, что любовные интриги бывают очень короткими, но чтобы за час уложиться — это рекорд! Шекспира она, наверняка, читала… Так в чем же дело?
ДЖЕФФ. Тебя что больше возмущает — что я уехал или что я вернулся?
КЭТИ. Одинаково. С тем, что ты сбежал, я уже почти смирилась. А с тем, что вернулся — нет. Как ты прогулялся?
ДЖЕФФ. Говорю же, неважно. Она машину водит, как будто первый раз за рулем. То дергает, то тормозит. Понимаешь, такое ощущение, что я на марш-броске побывал.
КЭТИ
ДЖЕФФ
КЭТИ
ДЖЕФФ. Послушай! Мы проехали совсем немного, и у меня защемило сердце… Знаешь, такая ноющая боль…
КЭТИ. Не знаю!
ДЖЕФФ
КЭТИ. Не произноси это имя!
ДЖЕФФ. Да. Ну вот… Меня там фармацевт увидел, сразу на стул усадил и дал каких-то капель.
КЭТИ. Я бы не дала.
ДЖЕФФ. Кэти, а ты безжалостная! Ты не задумывалась над этим?
КЭТИ. Я?! А ты ни над чем не задумывался, когда убегал из дому?
ДЖЕФФ. Я задумался в аптеке. Сижу на стуле и думаю: «Это ведь безумие! Полнейшее безумие! Человек, который бежит из дому, по крайней мере не должен по дороге обращаться за медицинской помощью». Она была рядом, но я почему-то думал только о тебе. Мне казалось, если ты узнаешь об этом, — будешь смеяться. Я и сам там рассмеялся — фармацевт даже забеспокоился. Фил тоже все поняла…
КЭТИ
ДЖЕФФ. Кэти, не надо. В сущности, Фелиция — хорошая девушка.
КЭТИ. Для тебя все хорошие. И чем моложе, тем лучше.
ДЖЕФФ. Нет, Кэти. Все это нужно было делать раньше.
КЭТИ. Что именно?
ДЖЕФФ. Ну, бежать из дома…
КЭТИ. И что — это так плохо?
ДЖЕФФ. Иногда кажется — да. А иногда — нет.
КЭТИ. И чем все закончилось?
ДЖЕФФ. Аптекарь подобрал мне таблетки. Она поехала в одну сторону, а я в другую.
КЭТИ. Могла бы и подвезти.
КЭТИ. Ради Бога, Джефф, не бери. Это кому-нибудь из детей.
ДЖЕФФ. Ты же знаешь, я не могу оставить звонок без ответа. Мне кажется, что случилось бедствие, что нужна моя помощь…
КЭТИ. Тогда коротко хотя бы.
КЭТИ. Конечно, я не совсем уверена… Может, это и зря. Но с другой стороны, и на тонущем корабле люди что-то делают. Нельзя давать себе распускаться — иначе рассчитывать вообще не на что. И претензии надо предъявлять самой себе.
КЭТИ. Знаешь, о чем я подумала? Многие мужчины, побегав, возвращаются к своим женам, а ты вернулся к своим привычкам.
ДЖЕФФ. Говорят, привычки — вторая натура.
КЭТИ. Ну-ну, натуралист, что-то ты бледно выглядишь. Как ты себя чувствуешь?
ДЖЕФФ. Честно? Великолепно! Так, будто я только что получил полное прощение всех грехов.
КЭТИ. Можно делать новые?
ДЖЕФФ
КЭТИ
ДЖЕФФ