Он застывает вместе с ассистенткой, а на его лице появляется целая буря эмоций. Он морщится, но потом справляется с собой и оставляет на лице только шок. Он даже пытается улыбнуться, чтобы спрятать неловкость. Но мне без того плохо. Я сразу догадываюсь, что произошло. Пусть будут прокляты эти дизайнерские платья! С их вырезами в неожиданных местах!
Я опускаю глаза и вижу, что угадала. Так и есть. Складка платья сползла и оголила мое тело. Мой уродливый шрам на животе…
Я вижу его всего мгновение. Марков делает последний шаг ко мне и накрывает шрам своей ладонью, пряча его от посторонних. Его жест парализует меня.
Я широко распахиваю глаза и наталкиваюсь на его спокойный взгляд. Он смотрит так, словно закутывает в теплое одеяло. Я даже забываю, как дышать. И как беспокоиться. Я чувствую себя как в детстве. Как в те беззаботные и скоротечные времена, когда можно было сложить ладошки над головой и важно сообщить: «Я в домике!»
Марков дает ощущение безопасности. Я не отдергиваю его пальцы, хотя должна была. Я же боюсь чужих взглядов, не то что прикосновений! Хотя он почти не касается. Но все равно… Мои рефлексы ломаются, позволяя ему переходить красную черту.
– Это моя ошибка, – произносит он вполголоса. – Я должен был предупредить команду. Но я не нашел правильных слов.
– Я просто недоглядела. Не заметила разрез…
Я смотрю на его длинные крепкие пальцы, которые до сих пор закрывают мои раны. Через секунду я выныриваю из морока и подхватываю край платья. Тяну его наверх, чтобы прикрыть себя. Марков перебирает пальцами, помогая мне, а потом убирает руку.
– Я переоденусь, – сообщаю стилисту, который отошел в сторону от греха подальше. – Это платье определенно не подходит.
Я ухожу в примерочную и захлопываю шторку. Сердце грохочет, без успокоительного присутствия Маркова оно вновь хочет выпрыгнуть из груди. Будь на мне сейчас умные часы, которые измеряют пульс, они бы уже предложили вызвать скорую помощь.
– Что это было? – долетает голос Стаса с ледяными иголками агрессии. – Что за реакция, я тебя спрашиваю?
– Я… я просто, – мямлит стилист. – Не ожидал…
– Чтобы больше ни одного косого взгляда.
– Да, Станислав Олегович, конечно.
– И ассистентам своим скажи. Или у тебя вся команда дикая?
– Нет, Станислав Олегович. Это не повторится.
Ох, какой грозный!
Я прекрасно понимаю стилиста, у которого шалит голос, даже мне становится не по себе от властных интонаций Маркова. Он умеет давить.
Хотя на этом его умения не заканчиваются. Мои ладони непроизвольно опускаются на живот. На то место, которого касался Марков. Интимный жест, если подумать… Я закусываю нижнюю губу, глядя на свое отражение.
Он же совершенно не смутился.
Да, он видел мои фотографии.
Но вот так – это по-другому. А на его лице не было ни одной отрицательной эмоции. Ему не стало противно? Не захотелось отвернуться побыстрее?
Я беру с вешалки следующее платье и сразу проверяю все его отверстия. Потом накидываю на себя и застегиваю боковую молнию. На этот раз всё проходит гладко. И платье шикарное – глубокого кофейного оттенка, с интересным переливом и в меру облегающее.
– Полина, – зовет Марков, приближаясь к шторке. – Я могу войти?
– Да, – с трудом выдавливаю короткое слово, потому что в горле вдруг пересыхает.
Марков не отодвигает шторку, а подныривает под нее. Всего секунда, и я оказываюсь с ним наедине в довольно тесном квадратике. Почти как в тот раз, когда я случайно захлопнула дверь кладовки в ресторане.
– Что-то не так? – Я замечаю, что Стас медлит.
Словно он хотел сказать вещь, но она то ли вылетела из его головы, то ли показалась неподходящей.
– Тебе стоило предупредить, – бросает он.
– О чем? – Я нервно веду ладонями по бретелькам, пугаясь, что опять напортачила с нарядом и пропустила важную деталь.
– Что на тебе летальное оружие, – выдыхает Марков. – В этом платье тебя нельзя показывать. У меня и так слишком много завистников и врагов.
– Боже, – я облегченно выдыхаю, – не надо больше так шутить!
– А кто тут шутит?
Я щурюсь.
– Ты решил успокоить меня? Сказать приятное, чтобы сгладить поведение стилиста?
Марков надвигается. Он наклоняется и приближается губами к моему виску. Остается всего пара миллиметров до поцелуя.
– Не ищи подвоха, – произносит он так, что я ощущаю его горячее дыхание на своей коже. – На комплимент можно сказать «спасибо» или улыбнуться.
– Я не привыкла к комплиментам.
– И это странно.
– Не надо, Стас. Не заигрывай со мной. Я начинаю понимать, что слишком восприимчива. Ты играешься, а мне…
– Я просто хочу, чтобы ты расслабилась. Чувствовала себя комфортно рядом со мной. Мне не по себе оттого, что ты боишься меня. Любого нормального мужика это будет изводить…
– Я не боюсь тебя.
– Но опасаешься.
– Нет, – встряхиваю головой, – это другое. Это обычное напряжение, потому что у нас не совсем деловые отношения.
Я отвожу взгляд в сторону, смущаясь, как первокурсница.
– У меня давно не было свиданий. Я отвыкла…
– Это из-за шрамов? – он задает предельно прямой вопрос.
