Перед уходом капитан сообщил, что завтра утром у нас состоится общий урок владения магическим оружием от командующего Мёрдока, потом несколько лекции о нововведениях в Столице и особенностях службы столичных работников КББ и вечерняя тренировка уже лично с ним. Впечатленные планом на день грядущий, мы бодро попрощались с новым наставником и направились в казармы с целью лечь пораньше и хорошенько выспаться, по пути горячо обсуждая выбранное оружие. Парни восхищались моими наручами и удивлялись поведению капитана, но списали это на особенности фелинов.
Глава 17
Каждый день начинался с урока владения магическим оружием. Занятия Мёрдока были интересными и полезными – командующий рассказывал об особенностях каждого вида оружия и учил применять его в ближнем и дальнем боях. В первый раз нас собрали в тренировочном зале, воодушевленных, полных нетерпеливого предвкушения. Начал командующий с того, что приказал выставить перед собой то, что каждый взял себе в оружейной, медленно прошелся, оценивая выбор, временами кивая и что-то удовлетворенно мыча. Конечно же, дойдя до меня, Мёрдок не удержался от язвительного комментария.
– Хм-м, занятно. Эшвуд, почему я не удивлен, что именно вы выбрали оружие, которое уже несколько сотен лет не откликалось ни одному оборотню в КББ?
Остальные оборотни не могли теперь оставить мои наручи без внимания, но их они, кажется, не впечатлили, в глазах явственно читались скепсис и насмешка. Так и хотелось некоторым прическу подправить, продемонстрировав метровый клинок. Но вместо этого я сохраняла свою коронную невозмутимость. В их глазах я не переставала быть щенком, который непонятно как оказался среди взрослых псов, и мои наручи, которые, будем честны, своим видом не внушали никому страха, лишь укрепляли этот образ. Особенно на контрасте со стоявшим рядом Бернардом, горой мускулов, чьи лапы и без оружия выглядели смертельно опасными. Я заметила, как многие обходили большого мишку с секирой по широкой дуге.
Оценив всех, Мёрдок велел распределиться по залу так, чтобы в радиусе каждого кадета оставалось несколько метров свободного пространства.
– Сегодня мы будем тренировать связь с магическим оружием. Вы выбрали его и теперь в любой момент оно будет отзываться по вашему приказу. Первое время связь еще слаба и без должной тренировки может в любой момент оборваться. Чтобы этого избежать, ближайшие несколько дней вы будете учиться призывать его с различных расстояний. Аккуратно положите оружие в метре от себя. Я сказал аккуратно, Клосс! Нужно бережно обращаться со своим оружием, относиться к нему как к верному товарищу, который всегда выручит в бою.
Карл, который до того крутил на пальце кастет и то и дело подбрасывал его в воздух, потупился, отложил его в метре от себя и, погладив кончиками пальцев, громко, так что мы все прекрасно слышали, прошептал:
– Моя пре-е-елесть. Мы с тобой будем самыми товарищными товарищами, правда?
Мёрдок на это лишь закатил глаза и продолжил:
– Для начала, вытяните руку вперед и мысленно прикажите своему оружию приблизиться к вам.
Мы сделали как он сказал и через несколько мгновений по залу в разные стороны полетели клинки, арбалеты…
Повернулась и … нет, это был не гиена, это был наш тихоня Алекс, который ржал так, что гиены еще позавидуют. Эк его прорвало, видимо несколько лет копил.
Посмотрела на свои наручи, я не оборотень, у меня не может быть связи с магическим оружием, при его создании маги накладывают чары, чтобы оно подчинялось только мохнатым. По этой причине другие расы никогда не пользуются магическим оружием в королевстве, это прерогатива оборотней, как защитников правопорядка. Так что, ни на что особо не рассчитывая, я вытянула обе руки вперед и мысленно, не то чтобы приказала, скорее очень вежливо попросила их приблизиться.
И какого же было мое удивление, когда она и впрямь помогла. Наручи взлетели вверх и, плавно двигаясь по воздуху, подлетели ко мне, сами натянулись на руки, плотно затягивая шнурки.
– Отлично, Эшвуд, – кивнул мне командующий, – оружие полностью вам откликнулось, вы ему нравитесь.
Впервые на лице Мёрдока расцвела искренняя улыбка, сделав его вечно суровое лицо более мягким.