Я могла применить лишь особенности волков, другие махинации с телом могли вызвать у капитан ненужные вопросы. Немного подумав, отрастила себе длинные когти и начала скрести ими по стенке, ориентировочно там, где был вбит гвоздь. Через несколько минут, спилив достаточный слой, чтобы подцепить гвоздь, начала его выкручивать. Еще через несколько минут мне удалось немного приподнять крышку, внутрь тут же посыпалась земля. Стянула с себя форменную рубашку и обмотала ее вокруг головы, чтобы земля случайно не попала в нос или рот, добавила силы мышцам и оттолкнула крышку гроба, тут же оказываясь погребенной под тяжелой землей. Постепенно прокапывая себе путь, выбралась на свободу, стянула импровизированную защиту с лица и жадно, полной грудью вдохнула воздух.
Меня уже ждали трясущийся Карл, растрепанный Лиам, насупленный Бернард и Алекс, с дергающимся глазом. А еще…
– С воскрешением, моя спящая красавица! – протянул ехидно капитан. – Эшвуд, мне кажется ты нам на… плел с три короба по поводу своей клаустрофобии. Хорошо вздремнул?
В ответ я широко зевнула. Это был рефлекс из-за кислородного истощения, честное слово, но капитан, сузив глаза, зловеще прошипел:
– Ну хорошо, наглый ты мой, будем проверять твои страхи методом исключения.
И мы проверяли. Каждый вечер. Капитан придумывал все более изощренные проверки, которые я выдерживала на чистом упрямстве и желании мысленно показать этому садисту-затейнику язык. Если парни снова и снова проживали одни и те же страхи, то меня ждал увлекательный аттракцион из разнообразных ужасов. Меня запирали в комнате с огромными пауками, сталкивали в пропасть с обрыва, чтобы подхватить через несколько секунд, натравливали служащих, которые помогали капитану изводить Алекса и Бернарда и многое другое. Я мысленно ругала фелина на чем свет стоит, но на него мои мысленные проклятья, кажется, не действовали. Однажды мы с Бернардом должны были провести несколько часов в лесу, где на нас нападал рой пчел. Бернард метался как ужаленный, хотя почему как… весь следующий день бедняга заикался и даже отказался от своей любимой миски меда с орехами на завтрак. Честно говоря, вся наша команда выглядела потрепанной. Остальные кадеты бросали на нас взгляды, их наставники просто занимались с ними физической подготовкой, без всех этих извращений. Одним нам так повезло.
Это мы и обсуждали, направляясь в очередной раз на вечерние пытки.
– Я не понимаю, почему капитан нас так изводит? Другим командам не приходится страдать, я слышал, подопечные Данжера и вовсе с ним устраивают вечерние прогулки в деревню и пикники, а мы… – Карл печально вздохнул, его привычная жизнерадостность за последние дни сильно поубавилась. Под глазами залегли темные круги, уголки губ опущены, и на щеках ни следа от милых ямочек.
– А я слышал, Мёрдок изводит своих физическими тренировками, несколько парней жаловались, что они уже еле ходят, даже регенерироваться не успевают, – отозвался Бернард.
– Я бы сейчас предпочел изнуряющую тренировку, чем очередной полет вниз с обрыва. Хотя, должен признать, с каждым разом это становится легче переносить, но боюсь, как только мы преодолеем эти страхи, капитан придумает нам новые испытания, – Лиам с сочувствием посмотрел в мою сторону.
Он больше не подшучивал про интерес капитана к моей скромной персоне. И наверняка каждый сто раз мысленно помолился за то, что не оказался на моем месте. Как говорят в соседнем королевстве, уж лучше знакомая беда, чем неизвестное зло. Я нервно потирала паучка, он удобно расположился на цепочке, висевшей у меня на шее. Кулон так и остался у меня с первого вечера. Тогда, вернувшись в казармы и обнаружив его на себе, я поспешила найти капитана и вернуть ему артефакт. Найдя его у одной из башен за беседой с караульными, попыталась вернуть, капитан перехватил мою, потянувшуюся было к шее, руку и тихо прошептал:
– Не надо, пусть он пока останется у тебя, – он стукнул пальцем по одному из глаз-камушков и их свечение тут же погасло. – Сейчас он деактивирован, если вдруг тебе понадобится связаться со мной, стукни по одной из задних лапок.
Капитан погладил амулет у меня на шее и, заглянув в мои широко распахнутые глаза, мягко улыбнулся.
– Беги спать, Крис, уже поздно.
Я тряхнула головой, отгоняя воспоминание. Постаралась настроиться на предстоящую тренировку.
– Слышали, что две группы курирует Фитцвик? Вот же им повезло, наверняка отсыпаются на его индивидуальных занятиях, – продолжил тему Карл.
– А я вот слышал, что нытье и зависть вызывают несварение, – раздался за нами бархатный голос, который нам уже снился в кошмарах. – Можете выдохнуть, нежные мои, сегодня тренировки не будет. Через несколько минут начнется первое командное состязание.
