– Самое страшное заключаться в том, что внутри они сохранять прежнюю сущность. Они думать и переживать, как и раньше, видеть, что делает их тело, но не иметь возможности ни на что повлиять. Учитывая то, какие мерзости заставлять их делать приспешники Эль-Ната, многие из них действительно терять рассудок и становиться по-настоящему безумными очень быстро. Эль-Нат обучать отряд магов-наездников, каждый из которых мог управлять сотнями безумных. Всю эту армию он собирать в нашем мире, мире, наиболее близком к мирам демонов. И командовать этой армией Тарид, самопровозглашенный царь, а на самом деле лишь мелкий наместник в малозначимой земле Древнегакрукского королевства. Тарид поверить в уговоры Эль-Ната, который обещать ему небывалое могущество и вечную жизнь. Поэтому, когда врата неожиданно захлопнулись, Тарид долгое время ждать, что тоннель откроется вновь и он сможет воссоединиться с Эль-Натом. Тарид и его наездники еще несколько лет наводить ужас на окрестные земли, пока их правители не оставить междоусобные розни и не объединиться против этой угрозы.
– Но если Великий Тоннель был закрыт еще тогда, как же наездники Эль-Ната вновь проникли в наш мир? – задумчиво спросил Ксермет.
– По всей видимости, Эль-Нат… – Неожиданно Макхэкв замер и поднял руку кверху, призывая остальных остановиться и замолчать.
Равван, который именно в этот момент открыл было рот, чтобы что-то спросить, испуганно сглотнул и начал затравленно озираться по сторонам. Азиз нахмурил брови и покачал головой, давая остальным понять, что он ничего не слышит. Ксермет сощурил глаза, усиленно вглядываясь в темнеющие силуэты деревьев, которые все больше и больше сливались с сереющим небом, слабо подсвеченным последними лучами опускающегося солнца.
– Звезды всемогущие, – прошептал вдруг Ксермет, отступая назад. Очертания темного валуна, лежащего у дороги в нескольких метрах впереди, вдруг зашевелились. Из-за него медленно выплыла огромная голова, увенчанная длинными изогнутыми рогами. Вслед за ней показалось двойное лезвие исполинского топора.
Краем глаза Ксермет заметил яркое свечение. Он обернулся и увидел, как в руках у Макхэква, зловеще потрескивая, начал набухать искрящийся шар из синего пламени.
– Бежать в лес! – прокричал Макхэкв, пытаясь вывести своих спутников из ступора. – Бежать и не останавливаться!
Равван неуверенно сделал шаг в сторону, выжидая, последуют ли остальные совету кочевника. Он еще не успел полностью осознать грозящую им опасность. Желание быть не хуже остальных и показаться не менее мужественным, чем его товарищи, пересилило в нем природную осторожность.
Зловещая фигура на дороге выпрямилась в полный рост и вышла из своего укрытия. Тархонт игриво перекинул свой громадный топор в другую руку, словно этот толстый брус из темного всепоглощающего металла ничего ровным счетом не весил. Неожиданно он вытянул шею вперед и издал оглушительный рев, который пронесся по пыльной дороге легким ветром, поднимая засохшие листья на своем пути, и зловонной волной ударил по лицам.
Шар в руках у Макхэква зашипел и словно молния устремился в сторону черного монстра. Синее пламя ударило тархонта в голову и тут же разлетелось в разные стороны, растворившись в темном металле его шлема. Неожиданная атака, казалось, только разозлила тархонта. Он издал разъяренный рев и сопроводил его ударом топора о камень. Из массивного булыжника во все стороны брызнула каменная крошка.
Азиз потянулся было к своему собственному топору, но все же решил, что ноги в этой битве сослужат ему лучшую службу, и бросился в лес. Ксермет помчался за ним, невольно пригибая голову, сам толком не зная почему. Макхэкв побежал в противоположную сторону, увлекая за собой Раввана, который все это время наблюдал за происходящим глазами испуганного младенца.
Тархонт закрутил головой в разные стороны, не в силах решить, кого ему теперь преследовать. В конце концов он бросился за Макхэквом и Равваном, размахивая топором во все стороны и продираясь между деревьями словно через высокую траву.
Его огромный топор со свистом разрезал воздух, разбивая на своем пути в щепки стволы деревьев. Равван позабыл про боль в ноге и бежал изо всех сил, пытаясь не отставать от Макхэква. Кочевник словно летел через лес, ловко перепрыгивая через овраги и камни. Он уходил все дальше вперед, двигаясь словно дикое животное, которое всю свою жизнь провело в этих дремучих лесах.
Рев тархонта становился все громче. Боковым зрением Равван увидел, как ветки падающего дерева разлетелись в разные стороны. В следующую секунду над ним возникло матово-черное лезвие топора. Равван вскрикнул и инстинктивно закрыл лицо руками. Лезвие рассекло его голову пополам и вышло через спину, обнажив залитые кровью легкие. Изуродованное тело Раввана упало на сухие листья под победоносный возглас тархонта.
