В замок можно было попасть лишь по узкому разводному мосту с соседней скалы. Мост был, разумеется, поднят. Ни о каком привычном рве с водой речь здесь и не шла, так как замок занимал всю поверхность плоской горной вершины и возвышался над их позициями на добрые три сотни локтей. Вскарабкаться наверх по гладким отвесным стенам утеса не представлялось никакой возможности.
У лейтенанта возникли серьезные сомнения касательно того, кто находится в лучшем положении: цефейский князь в залах замка, по слухам набитого провиантом до отказа, или его собственный батальон, изрядно потрепанный дорогой сюда и лишившийся как минимум четверти своих солдат. Лейтенанта явно не прельщали долгие месяцы осады и, быть может, регулярные атаки неуловимых цефейских горцев.
Если бы в тот момент кто-нибудь сказал ему, что осада продлится чуть больше недели, он бы лично поднял этого человека на смех. Однако удача вновь улыбнулась им.
Ночью, в обстановке строжайшей секретности, начальник их роты капитан Мигело собрал всех у себя в палатке. К большой неожиданности лейтенанта, в палатке также присутствовал сам командир батальона.
Накануне поступила информация о том, что нескольких человек в замке перспектива многомесячной осады явно не устраивает. Реальной надежды на победу у них не было, и они были готовы открыть ночью ворота в обмен на личную свободу. Ввиду крайней удаленности замка и отсутствия хоть сколько-нибудь адекватной площадки, где можно было бы собрать силы для атаки, было принято решение бросить в атаку одну лишь роту. Их роту…
Под покровом ночи они должны были незаметно подняться на соседнюю скалу, куда вел разводной мост, и когда он опустится, удерживать ворота до подхода основных сил. Сердце лейтенанта сжалось от смеси тревоги и восторга. Вот он, мой шанс показать себя. Если у нас все получится, то за такую операцию точно можно ожидать повышения. А если нет…
Когда командир батальона удалился, капитан Мигело задумчиво обвел взглядом собравшихся. Он явно не разделял юношеской бравады лейтенанта и был настроен гораздо более сдержанно.
– Сегодня нам выпала честь, – сказал наконец он, поглаживая острую бородку на загорелом мужественном лице, – первыми идти в бой против цефейского князя Лигуло, врага нашего императора. По разным оценкам, в замке сейчас находится от двухсот до четырехсот человек. Это означает, что в наших интересах лучше сразу же занять обе башни по сторонам от ворот и оборонять их до прихода подкрепления. Если нам удастся удержать хотя бы одну из них, то неприятель не сможет снова поднять мост. Если не получится быстро взять эти башни, то мы останемся во внутреннем дворе, и неприятель мост разведет. Я думаю, всем понятно, что будет с нами в этом случае. Выходим через два часа. Сбор здесь. Кто задержится хоть на минуту, очень сильно об этом пожалеет.
Мигело упер руки в бока и всем своим внешним видом дал понять, что речь его на этом закончена.
Добрую половину ночи их рота пробиралась ко входу в замок. Шли они с величайшей осторожностью, передвигаясь маленькими группами по три-четыре человека, чтобы не попасться на глаза часовым. Когда все они наконец достигли вершины, им пришлось еще несколько часов провести неподвижно, прячась за камнями и деревьями.
Лежа за большим круглым камнем, лейтенант долго разглядывал темную поверхность замка, над башнями которого мерцали далекие звезды. Темный силуэт массивной двери на другой стороне пропасти оставался неподвижен. Замок казался лейтенанту зловещим спящим великаном, который готов был растерзать любого, кто осмелится потревожить его.
Все тело лейтенанта онемело от долгого неподвижного пребывания в одном и том же положении. Ожидание становилось все более невыносимым, и несколько раз в его голове пронеслась мысль, что, возможно, информация оказалась ложной и ворота так и не откроются.
Да, может, это и к лучшему, подумал лейтенант, осторожно разминая затекшую ногу. Ведь если эти двери откроются, то добрая половина нашей роты так навсегда и останется в этом замке. Все его мечты о наградах и о предстоящем геройском поступке начали казаться ему значительно менее радужными.
Лейтенант с грустью посмотрел в сторону их лагеря, размышляя, почему именно его роте выпала подобная честь. В этот момент тяжелая дверь замка оглушительно скрипнула и начала медленно опускаться вниз. Спрятанный в башнях механизм с надрывным гулом разматывал тяжелые цепи, которые удерживали дверь. По спине лейтенанта пробежали мурашки. Через пару минут все воины в замке будут на ногах и с оружием.
Сзади него послышалось движение. Мигело раздавал последние приказы, поднимая всех на ноги и готовясь к атаке. Едва дверь коснулась их стороны пропасти, превратившись в узкий мост шириной не больше восьми локтей, как из нее пулей вылетели трое цефейских легионеров с поднятыми руками. Предатели, открывшие дверь, пронеслось в голове у лейтенанта, пока он доставал из ножен свою саблю.
