Часа полтора Ромка возится с железной дорогой. Смешно наблюдать, что он, как в первый раз, удивляется тому, как двигаются вагончики. И переживает, почему последнему вагончику так и не удается всех обогнать, хотя он его и подпихивает.
– Эх! – слышится разочарованный вздох.
Юля, снисходительно взглянув на него, снова поворачивается ко мне и кивает. Мол, все, жалобы послушали, вроде как посочувствовали – давай, катай дальше меня на колене. Это ее новое увлечение. В прошлый раз его не было. На пони они ее, что ли, усаживали? Или Хищный тоже сам по вечерам отдувается?
– Так, мелочь, на кухню! – объявляю я, дождавшись, когда очередная гонка паровозиков завершится.
– Чо? – обернувшись, возмущенно интересуется Ромка.
А, ясно. Это последствия того, что однажды с ними сидел не только я, но и Студент. Главное, когда я заглядывал в комнату, он делал вид, что читает им сказку.
– Идем, идем, – не ведусь на претензии мелкого. – А то станешь хилым, как девочка. Вон видишь, приходится их носить на руках.
Девочка ничуть не смущается. Наоборот, пользуется возможностью и молча снова показывает на шею. Ладно, даже перед смертью спрашивают о последнем желании. А тут такое серьезное испытание – обед намечается!
Усадив ее на плечи, жду, когда разместится с удобством и обнимет, чтобы не свалиться с таких высоких «качелей». Ромка – мужик. Вздыхает еще раз и идет вместе с нами.
– Так, что тут у нас? – рассматриваю судки, которые приготовила Алла. – Ух ты, вкусняшки!
Мелочь усажена на стулья, смотрит на меня недоверчиво. Честно говоря, я их понимаю: пюрешка и какие-то маленькие паровые котлетки. Или это тефтельки? Разогрев, честно делю по три на двоих.
– Приятного аппетита!
Мелкие недоверчиво переглядываются и не спешат приступать. Даже как-то неловко есть при них вкусную пасту.
– Давайте, веселее, – подбадриваю, – мама старалась, готовила.
Ромка снова вздыхает и приступает к еде. Надо будет с Аллой своим чутьем поделиться, не только у нее есть таланты. Чую, вырастет тот еще дамский угодник.
– Не хочешь за маму, – перевожу взгляд на Юлю, – давай ешь за крестного. Поблагодари за «домашние аттракционы».
По взгляду видно, что она хочет сказать про эти «аттракционы»: мол, никакого разнообразия, всего-то три вида: на шее, спине и колене! Но везет – еще мало что может сказать.
Да и брат вроде бы ест с удовольствием. Взглянув на него, она тоже принимается за работу. Поначалу бодро идет, а потом снова смотрит на брата и, когда тот отворачивается, перекидывает одну из своих котлеток-тефтелек ему.
Ну это засада! Тот так старался их уничтожить, а тут… опять еще одна появилась! Во взгляде такое недоумение и раздумья над несправедливостью жизни, что я не могу удержаться от хохота.
Вздохнув, Ромка мужественно справляется с посланным испытанием. Но снова отвлекается и едва не ступает на прежние грабли. Сестра только-только хотела подбросить ему новую порцию, а он взял… и врасплох застал!
Другой бы смутился и атаку остановил. Но Юля девочка добрая, твердо идет к намеченной цели – добиться того, чтобы брат стал толще нее! И даже под его неодобрительным взглядом снова подкидывает котлетку ему.
– Ну ты уж совсем не наглей! По чуть-чуть.
Глаза мелкой становятся как два бильярдных шара. Как это – вроде бы и можно наглеть, а вроде бы и нельзя?!
Так, ладно, в конце концов, у нас не шоу «Три толстяка». Под довольными взглядами убираю еду. Что тут у нас еще? Рассматриваю другие судки. Н-да, а точно ли родители мелких отпросились всего на пару часов? Тут даже мне одному еды дня на два.
Это я малышне не скормлю. А вот яблоки нарезаю, и вместе с этой нарезкой мы перебираемся в гостиную.
– Посмотрим футбол? – предлагаю, включая телевизор.
Без интереса взглянув на экран, Ромка снова занимается паровозиками. А вот Юля смотрит с большим интересом. Правда, потом меня осеняет, что рановато ей рассматривать мужиков в трусах, и я переключаю на мультик. За просмотром которого нас и застают спустя время родители мелочи.
– Как у вас здесь хорошо. – Алла с улыбкой рассматривает погром железной дороги, не оправдавшей Ромкиных ожиданий. Переводит взгляд на Юлю, притихшую у меня на руках. – Ты с ними не очень устал?
– С чего бы? Видишь, ничего не делаю. Сижу, отдыхаю.
– Ну что, поехали домой?
Ромка машет мне ручкой и направляется к маме. Прощается без сантиментов. А Юля тянется ручками к моему лицу, приподнимается и громко целует.
– Кстати, – подмигнув, сообщает мне Алла, – я сейчас к Люсе заеду, мы там с ней посидим. Так что Паша и Лев совершенно свободны. Это мое алаверды за то, что ты с детьми посидел.
– Я уже взял плату яблочком. А если вам нужно избавиться на вечер от своих мужиков, так и скажи.
Алла смеется. Вот так, с улыбкой на губах, с контейнерами и двумя мелкими, она и выходит за двери.
– Съели, сколько могли, – отчитываюсь, пока помогаю дойти до машины.
Точнее, пока несу туда Юлю.
– Они у тебя всегда едят лучше, чем дома, – успокаивает Алла. – Это я так, про запас положила.
