И сразу же Неспящая крикнула – ОПАСНОСТЬ! СЗАДИ! Кто-то смотрел ему между лопаток.
Кадет резко и глубоко присел, и две, одна за другой, тяжелые арбалетные стрелы с вжиком прошли над ним. Упали в двадцати шагах впереди. Кувырок через голову, прыжок в одну сторону, в другую, кувырок, прыжок, стрелы в одну руку. Запоясный кинжал – в другую. Метательный нож может пригодиться позже.
"Каддет! Опасность!" – крикнула ментограмма Принцессы.
"Я вижу!" – ответил он. На него от валунов слева быстрым шагом надвигалось шесть человек с мечами. Справа – высокая стена. "Лишь бы арбалетчика там не было. Ну, что ж, шесть мечей и два арбалета – это почетно, господа чуги. Молодые ребята… Почему? Так, у кого из вас меч подходящий? Резко вправо, под стену – раз! Вдоль стены им навстречу – два! Стрелу за оперенье – цап! Хорошо сбалансированная стрела, спасибо, чуги! В круг встанете или толкаться будете? В круг… А такой приемчик ты не знаешь, молод еще!… Твой меч – дрянь, но это меч, прощай, чуг! Что с Принцессой? Надо быстрей… Получите свою стрелу! Этот упал и плохо себя чувствует…
– "Каддет!"
– "Все хорошо".
Второй меч в руку!
– Ну что, чуги, поговорим? – спросил Каддет, открывая путь своей ярости. Четыре сильных молодых парня. – Здесь вы умрете. – Кадет резко отшагнул в сторону, и арбалетная стрела сломалась о камень рядом. Четыреста миллисекунд на метр траектории – этого они никогда не видели. Правда, я не могу так долго, как Трехрукий…
"Кокон смерти" – это когда два завораживающе быстро вращающихся меча образуют вокруг тела практически непроницаемую для оружия врага сферу, но время от времени какой-нибудь меч достает противника.
Они падали, заливая своей кровью землю, от резаных ран, болезненных, не закрывающихся. Одни кричали, другие стонали. Смерть придет к ним только через часы.
– Арбалетчики! – крикнул Каддет, устремляясь к валунам. – Я разорву вас руками!
Верно, так много искренней ярости было в его голосе, что один арбалетчик не выдержал, выскочил из-за валунов и бросился бежать в сторону строительной площадки. Кадет отпрыгнул в сторону. И еще раз, в ту же. Второй арбалетчик торопливо выстрелил, выдав свое местоположение. Стрела летела не точно, Кадет легко уклонился.
Они стояли друг против друга: Кадет и арбалетчик, комкающий в ладони рукоять широкого боевого кинжала. Он с ужасом ждал удара меча. Ведь он видел, что делает меч в руках этого страшного человека.
– Скажи, кто тебя послал? Я оставлю тебе жизнь. Ведь ты не ранил меня. Брось свой маленький ножик и говори!
– Кинжал Империи! – молодой парень, одетый горожанином, бросил кинжал на камни.
– Кто это? И где он?
– Важный господин. Мы приехали неделю назад с караваном. Кинжал Империи в посольстве Императора.
– "Каддет!"
– "Все хорошо!"
– "Каддет!…"
– Сколько вас и где вы?
– Было одиннадцать. Жили в посольстве.
– Что скажешь еще?
– В посольстве пять рабынь смерти. Очень…
– Какие они, парень? Посмотри мне в глаза!
– Они… они, как собаки-людоеды.
– Иди в Гавань, садись на корабль и спасай свою жизнь, чуг. – Кадет поднял нож с камней. Чугская работа… Быстрее домой!
– "Каддет…!"
– "Я близко, Принцесса! Выживи!"
Какие-то крики около строительной площадки… Быстрее!… Рабочие держат пойманного арбалетчика.
– Он мне нужен живым, – на бегу крикнул Кадет, видя, как два бывших раба бьют чуга камнями по голове.
… Он ворвался во дворик дома через большую толпу горожан. Они заранее расступилась перед ним. В тени лежало тело Валея. Дверь… лестница… дверь спальни… Жива! Глаза здоровые, щеки чуть побледнели… На подбородке свежая царапина… Ладони перевязаны!
– Каддет! Они убили Валея! – не плачет, стонет. Обнял, прижал к себе, губы – к виску, где, надрываясь, бьется артерия… – Они убили Валея! Он мне жизнь спас, против четвертой рабыни смерти со стилетом я бы не устояла… Она узнала меня, наверное, она из ближней охраны Императора… Валей!… Мой Валей!… А ты? Ты не ранен, Каддет?…
Та-ак, посмотрим… Серьезно повреждены связка и нерв на одной ладони, крупный сосуд и нерв – на другой. Вздрагивает, девочка… Это послестрессовый шок.
– Пошевели этим пальчиком… Этим… теперь этим, родная… Все не так уж и плохо, Стрела! Сейчас снимем боль, начнем лечиться… Я только людей от дома выпровожу… Выпей-ка вина, девочка моя…
– Не обижай их… Они мне помогли. Даже сами платок на меня надели, думали, для меня это так важно… Проводили до дома.
Вышел во дворик, толпа замолкла. Низко поклонился. Посмотрел в их лица, большей частью сочувствующие. Сказал:
– Благодарю за помощь и сочувствие. Принцесса ранена, не опасно, но будет болеть. Ей нужен покой. – Еще раз поклонился.
Сел около Валея, погладил по голове, накрыл тело тканью, чтобы мухи не докучали Валею. Вырвал из его тела стилет.
