Джип пришлось посадить на свежевскопанную почву, развернув его передним прожектором на окна. Три короткие вспышки яркого пронзительного света. Крики испуганных птиц и, почти сразу же – звук торопливо открывшейся двери, и неуверенный голос Монаха позвал его: «Каддет!»
– Это я, старина,- с хрипотцой откликнулся Кадет. – Можно к вам?
От Принцессы пахло грудным молоком. Они долго стояли молча, Стрела и Кадет, обнявшись и гладя друг друга по голове. Монах одной рукой вытирал катящиеся по щекам слезы, а другой обнимал Кадета за шею. А воздух в гостиной звенел он напряжения их аур. И маленький Каддет беспокойно захныкал в кроватке, почувствовав горячую волну ауры высокого волнения.
– Все хорошо, все хорошо!…- волшебным мягким голосом и легким прикосновением к головке мальчика Принцесса успокоила его. – Каддет, посмотри на моего сына, -подозвала она Кадета к кроватке. В ее тоне не было ни восторженного восхищения, ни законной гордости за малыша – просто она познакомила их, Большого Каддета и Малыша.
В его жизни Кадету очень редко приходилось близко общаться с грудными детьми разных рас и на разных планетах, и они всегда казались ему на одно лицо, вот и теперь он наклонился над кроваткой и ничего не почувствовал и ничего нового не увидел. Большой смуглокожий лоб, темные короткие волосики, серьезно сжатые губки… Вот разве что рисунок губ… Кадет оглянулся на Принцессу. – Да, похож на меня…- вот теперь горделивая улыбка промелькнула у нее на губах.- Познакомься – это принц Гигар! Я хочу, чтобы ты стал ему другом, Каддет, – тихо, проникновенно попросила Принцесса. – Пожалуйста!… А уж о том, чтобы он заслужил такую честь, я, милый, позабочусь,- голосом принцессы Гигар произнесла она.
А потом, за столом, уставленным деликатесами с «Робинзона», Кадет честно, но неунывающим тоном рассказал о своих неудачах.
– А шансы, что нужный тебе туннель откроется на прежнем месте, есть? – спросила Принцесса, сочувственно тронув руку Кадета.
– Никогда о таком не слышал. И не читал. И в библиотеке «Робинзона» не нашел, – ответил Кадет, погладив ее руку. – Я попал в ловушку, ребята… На днях исполнилось пять стандартных лет, как я на Гиккее. Быстро летит мое время…
– Но ведь где-нибудь должны быть туннели, Каддет?
– У меня нет карт вашей части Пространства, Стрела! А поиск туннелей может занять всю мою оставшуюся жизнь, если откровенно, – с усмешкой произнес Кадет. – Да и куда они меня приведут – неизвестно. В другую ловушку или в лабиринт. А куда он меня приведет? Еще на одну Гиккею?
– Нет уж, хватит с тебя,- откликнулся раскрасневшийся Монах, опять наливая им всем вино. Причмокнул, прикрыв глаза. – И что ты решил?
Кадет не успел ответить, потому что Принцесса сказала на лингве:
– «Ищущий да обрящет», я правильно помню эту заповедь изыскателей?- Кадет кивнул.
– Ты сам всегда говорил мне,- меленькими глоточками попивая вино, назидательно заметил Монах,- «Не тужься…» Ну и так далее… – Принцесса хохотнула. – Не тужься Каддет! Я же знаю, ты будешь искать, я знаю! А пока… Помнится, год назад… – Он тоже засмеялся,- ты хотел открыть в Анапле громадный магазин. Самый большой на Гиккее. Я помню, Каддет! Я и место подыскал – между моими гостинцами…
– Но… Ребята! – Кадет оглядел их: повзрослевшую, вернувшую себе стройность Принцессу, спокойного, умиротворенного, уверенно держащегося чернобрового и черноволосого Монаха.- Сейчас не это самое важное. Посмотрите. Вот что я увидел сегодня утром, ребята… – Из маленького визора в руке Кадета в воздухе возникла голограмма карниза Королевской Крепости.
– Ой! – У Монаха взлетели наверх густые темные брови. А Принцесса зло усмехнулась.
– Что нам делать, ребята? – помолчав, спросил Кадет.
– Встречаться,- подумав, тихо произнесла Принцесса.
– Встречаться,- кивнул Монах. – Расскажешь нам подробности. Интересно!… Как интересно!…
– Согласен, я с ним встречусь. – Кадет обвел их взглядом. – Давайте обговорим время встречи. А подробности… Я повешу на орбиту две станции планетарной связи, у нас будет постоянная всепланетная устойчивая двусторонняя трансляция. Оборудование я привез. Пока темно, давайте разместим антенны под крышей. Кстати, я привез и новые телефоны. Браслеты, бусы, чернильницы, гребешки… ты теперь вон какой волосатый, Монах…
– Да!… Я теперь… такой… моложавый. Хорошо!… А чернильница… О, моя чернильница!… Спутница моя терпеливая!… Слушай, Каддет… Я так привык дома писать авторучкой, что однажды вынул ее в конторе гостиницы… Ты бы видел глаза моего счетовода!… – залился смехом Монах. – Наше здоровье!… Твое здоровье, Каддет! – Монах повернулся в сторону кроватки, поднимая бокал.
«Каддет»!… Кадет посмотрел на Принцессу, она смущенно пожала плечами.
– Спасибо, Стрела! – Она снова пожала плечами и улыбнулась ему. – Я на складе разыскал медицинскую диагностическую перчатку. Помню, что мы пользовались ей, а куда засунул – забыл. А она лежала в оружейном сейфе. По какой логике я ее туда положил, не понимаю. Пригодится?
– Пусть будет,- кивнула Принцесса. Кадету не нравился ее взгляд, виновато-смущенный, ускользающий. Что она задумала?
