Действо началось сразу, без предупреждения. По рядам присутствующих прокатилось какое-то волнение, все вдруг вполголоса заговорили, но только с третьей попытки я уловил одно слово – «король». «Король!» – шептали они, и эхо под сводами замка вторило им. «Король!» – шептали люди, и их шепот, отражаясь от стен, возвращался к ним. Постепенно все собравшиеся вошли с состояние сильного волнения, их захватило эхо и понесло. Даже те, кто со своих мест не мог видеть монарха, и те радостно кричали. Женщина, вцепившаяся мне в руку, ничем от них не отличалась. А все они мало чем отличались от простолюдинов, которым выкатили бочку вина.
Я вытянулся в струну и разочарованно опустился на место. Не на что там смотреть. Бледный, сморщенный старичок со спутанными седыми волосами, поддерживаемый под руки двумя рослыми солдатами, медленно тащился через ряды собравшихся. Изредка он останавливался, кивал кому-то и продолжал путь. Его довели до трона, он тяжело опустился на него и осмотрелся. Судя по тому, как дрогнули уголки его губ, он остался доволен увиденным. Посидев несколько минут, он заговорил:
– Друзья и братья мои.
Голос его слаб, бледен, как он сам, и невнятен. Я вытянул шею, стараясь хоть одним ухом уловить обрывки речи. Над залом повисла тишина.
– Я собрал вас, – тем временем продолжал король, – чтобы сообщить новость. Ни для кого из вас не секрет, что я тяжело болен. А на наше королевство обрушиваются одна беда за другой. Недавно умер мой друг, граф Таерский. Он был человеком государства, но не оставил после себя наследников. Потому в стране возникли волнения. Многие захотели прибрать к рукам его земли. Я их понимаю, земли богаты, и тот, кто будет обладать ими, разбогатеет. Есть те, чьи претензии законны, но другие, как лорд Паарских земель, не имеют на них никакого права. Его единственный довод – это сила и близость границ. Так быть не должно. Я долго думал, – он умолк и отпил из кубка, поданного слугой, – думал над тем, как быть со спорным вопросом. Я решил. – Слова едва сходили с его губ, он часто замолкал и тяжело дышал в эти перерывы. – Это непростое дело, – сказал он и обвел взглядом зал. – Но я решил. Я сам назову человека, который будет владеть оставшейся без хозяина землей. Это весьма достойный человек, много сделавший для государства. Его заслуги должны быть вознаграждены. – Он снова обвел взглядом зал, мне кажется, он просто тянет время. – Сегодня, сейчас, я объявлю его имя. Это…
– Остановитесь, ваше величество! – раздался голос. – Вы совершаете ошибку.
– Кто это сказал? – спросил король, побагровев, если можно назвать багрянцем слабый розовый цвет, проступивший на его щеках. – Кто смеет прерывать короля?
– Тот, кто знает то, чего не знаете вы, – продолжал голос.
– Как ты смеешь? – прорычал король, даже не сделав попытки встать, вместо этого он расплылся по трону.
– Смею! – ответил голос – Я смею просить вас не торопиться с оглашением вашего выбора. Потому что вам не все известно.
– Кто ты, черт тебя возьми? – Король не выглядел удивленным, я в этом готов поклясться. – Выйди, чтобы я тебя видел, или ты боишься?
– Вы можете меня казнить, – ответил голос, – только сначала выслушайте меня.
– Хорошо, – согласился король, – только покажись сначала.
– Как прикажете. – Человек вышел из ниши, находившейся за рядом людей напротив меня.
– Это еще что за хрен? – спросил я, наклонившись к самому уху Тау.
– Граф Ният, – ответила она, – он из очень древнего, но обедневшего рода. Я не знала, что и его пригласят. А ты бы не выражался в приличном обществе. Тут такое не принято.
Ну да, конечно! Я удивленно посмотрел на Тау, не выражаются они, как же. При случае ни один из них не упустит возможности вставить крепкое словцо. Да и бывают случаи, когда оно необходимо. Посмотрел бы я на аристократа, когда ему на ногу лошадь наступит.
– Не смотри на меня, – зашипела Тау, сдавив мне руку. – Так не смотри. Ты же не хочешь, чтобы все узнали, кто ты на самом деле? Не хочешь. Тогда не выражайся, а то тебя выгонят.
– Ясно, – сказал я, хотя ни хрена мне ясно не было. – Давай-ка послушаем, что скажет этот, как там его, хрен.
Тау легонько стукнула меня по спине.
– А-а, – произнес король, – это ты. Как ты попал сюда?
– Обманом, ваше величество, обманом. Но по-другому вы бы не стали меня слушать.
– Тогда говори! – повелел король. – Убить тебя мы всегда успеем.
Граф улыбнулся и в абсолютной тишине произнес:
– Ваше величество, я надоедал вам на протяжении долгого времени, – граф явно настроился на долгую речь, – но вы не желали меня слушать…
– Ближе к делу, – оборвал его король.
– У графа есть наследник, – растерянно выпалил еще живой граф.
По рядам потенциальных преемников пробежал ропот, многие схватились за сердце, прочие за оружие.
– Что ты несешь?
– Правду, ваше величество, только правду. Наследник есть, вернее наследница, и сейчас она въезжает в замок.
Только сейчас? Проклятье, черт возьми, как только сейчас, не может этого быть. Я что, зря тут торчу?
